Книга Интервью для Мери Сью. Раздразнить дракона, страница 26 – Надежда Мамаева

Он задал последний вопрос так, что я захотела ответить помимо воли. Будто какая-то неведомая сила давила на плечи и шептала в уши: склонись, подчинись, прими его власть. Но только дураки и мудрецы не слушают сторонних советов.

Увы, я была из их числа и надеялась, что все же отношусь не к категории тех, кому всегда везет, а к просветленным знаниями. Помимо этого я толком не представляла, что ему сказать: проблеять про техногенный мир и свою кончину? Про то, что у меня на шее змея свернулась в металлическое кольцо? Про мертвых обозников и разбойников?

Мыслей было много, но слова застряли в горле.

Я сглотнула, ощущая, как рука дракона схватила мои волосы, заставляя запрокинуть голову и посмотреть ему прямо в глаза.

— Мне повторить вопрос?

Он крепко держал, а мне захотелось завыть от бессилия. Я шумно втянула воздух. Так, главное — не паниковать. Только не паниковать!

Нужно найти те слова, которые бы его успокоили. Один неверный взгляд, вздох, положение рук, и Брок сорвется. Я медлила, составляя единственную нужную фразу, но дракон, похоже, речам предпочитал действие. Или решил, что я выбрала упрямое молчание, и решил заставить говорить иным способом?

Он притянул меня еще ближе. Настолько, что мы делили уже один воздух на двоих.

— Скажи, чего ты боишься больше всего? — Брок заглянул в мои глаза, словно ища ответ.

Я непроизвольно попыталась отстраниться, и это выдало меня с головой.

Нет людей, которые не боятся ничего. Есть те, кто умеет прятать свои страхи глубоко и далеко, посыпая песком времени, скрывая барханами, пряча в этих дюнах свои тайны, что бы их не сумел в повседневной суете найти даже сам хозяин. Но страхи живы до последнего удара сердца их носителя. А иногда, под покровом темноты, они вылезают, как твари из бездны, чтобы напомнить о себе.

Сегодня, в ясный солнечный день, я почувствовала, что вокруг — чернильная мгла. И мне надо победить даже не дракона, а именно эту темноту, иначе она просто сведёт меня с ума.

В страхе жить нельзя. Можно только существовать. Да и то — недолго. Если страх будет стоять у тебя за плечом, постоянно нашептывая в ухо, то высосет из тебя жизнь. И не по капле, а шумными большими глотками, с причмокиванием.

Я уже было открыла рот, что бы сказать первое слово оформившейся речи, но передумала в последний момент. Страху не надо смотреть прямо в глаза, его нужно бить наотмашь. Если Брок считает, что может напугать меня, то в моих силах его удивить.

Его вторая рука уже скользила по моему бедру, задирала ткань все выше, намекая, что дракон на этом не остановится.

В голове сложится пазл: вот Брок с ненавистью утверждает, что не насильник, вот он мгновенно ставит меня на землю, словно замарался о прикосновение к моей коже… Его уничижительное «людишки» и «с вами срабатывает лишь обман»… Не будь я абсолютно уверена, что все происходящее — лишь актерская игра, что дракон не станет меня насиловать (и вовсе не из благородства воспитания, а исключительно от презрения), то не решилась бы. А так…

Я прильнула к нему. Сама. Требовательный поцелуй, который больше всего напомнил мне укус. Γубы обожгло, а на языке заиграл вкус вина и перца.

Не успела уловить момент, когда напрягшийся, замерший словно статуя дракон вдруг, вместо того, чтобы отпрянуть и начать отплевываться, ответил мне.