Книга Интервью для Мери Сью. Раздразнить дракона, страница 121 – Надежда Мамаева

— С ним случилась кровь чернокнижника. Она ядовита для большинства живых существ, ибо отравлена демонской сутью. Хотя, если бы этот дракон был в истинном, а не человеческом облике, его бы не проняло…

— Что, пробовал? — уточнила я по профессиональной привычке, когда стараешься задавать вопросы, а не транжирить ответы.

— И не раз. Как-то почти целого чернокнижника на это дело извел. Но для крылатой ящерицы и пол кружки крови проклятого мага, что комариный укус. А в людском облике драконы почему-то предпочитают не воевать.

— А что с тем чернокнижником стало, у которого ты кровь брал? — меня разобрал интерес. Хотя может приступ любопытства напал на меня из-за дикого чувства голода, от которого уже кружилась голова?

Желудок заурчал, едва взгляд упал на кругляш копченой колбаски, что сиротливо валялся на камнях. Ее, как и ковригу хлеба, и миску с кашей, принес старший охранник. Теперь же здоровенная опрокинутая чаплашка изгваздала перловкой все вокруг. Заляпало даже две деревянные ложки, что неприкаянными лежали у самого входа. Впрочем, на варево я и не претендовала.

А вот колбаска… Я подняла копченость, обдула. Потом то же самое проделала с ковригой, памятуя, что быстро поднятое не считается уроненным. И вообще, пусть в этом гроте все будет, как в йогурте: если тут и обитает какая бактерия, то она непременно целебная.

С такими мыслями и вгрызлась в свою добычу.

— Ты что делаешь? — изумился драконоборец, видимо решивший, что его единственный шанс на свободу сошел с ума.

— Заедаю стресс, — честно призналась я, впрочем, занимаясь не только процессом захвата в плен калорий, но и ковыляя к Умару. Надо же освободить этого героя…

Увы, делать это, держа в одной руке колбасу, было жутко неудобно.

— Слушай, а может, ты сам? Ну, замок вскроешь… Я пока поем. А то сейчас от голода в обморок упаду, — с такими словами я подняла с пола импровизированную отмычку, которую так неосмотрительно обронила рядом с сапогом Умара, когда потянулась за булыжником — лучшим средством для затыкания чернокнижных ртов.

Повертела спицу в руке да и вложила в ладонь драконоборца.

Прославленный герой последней войны с сомнением глянул на нечаянный презент, потом на меня, жующую кусок колбасы и честно попытался поковырять в замке.

Первой не выдержала я, отложив калорийную и ароматную добычу:

— Ну кто так вскрывает! Ты же его не открыть пытаешься, а запечатать. С твоим усердием сейчас внутри заклинит то, что даже заклинить не может! Да если бы твой отец к твоей матери так подкатывал, как ты к этому замку, то великий драконоборец Умар Ружримский до сих пор бы в проекте был!

Решительно отняла импровизированную отмычку.

Мы стояли близко. Дыхание блондина касалось моего уха, а вкрадчивый голос — сознания.

— Он сбежал, — голос Умара казался таким непринуждённым, я бы даже сказала слегка заигрывающим, словно мы были на послеполуденной прогулке в парке, и вокруг нас не наблюдалось даже пробника мелкой неприятности.

— Кто? — не поняла я, впрочем, не отрываясь от процесса взлома.

— Тот чернокнижник, кровь которого я брал для драконьих гарпунов. Удрал, пока шло одно из сражений. Наверняка точно так же отомкнул оковы и утек. И знаешь куда?

Знать мне уже не хотелось совершенно. То ли полусытое благодушие подействовало, то ли процесс изнасилования замка спицей так увлек.