Книга Фамильяр на мою голову! Книга 2, страница 69 – Надежда Мамаева

Из присутствующих о том, что я — та самая Бэтфлейм, знали лишь Себ, Нариша, Патрик, лорд-ректор, ну и мой свекор, разумеется. Он всегда все знал. Для остальных же Бэтфлейм умерла. В прямом смысле: подхватила лихорадку и скончалась в столичном госпитале, чтобы без вариантов.

Церемония проходила в саду поместья Горвиров. Беседки, увитые плющом, камелии, лилии, розы, кусты жасмина, из которых торчали цветочки и спецагенты в равных пропорциях.

И мы с малефиком под раскидистым дубом, произносившие клятвы вечной любви и верности. И обряд обмена дарами — когда молодые супруги преподносят друг другу милые сувениры. Так вот, Себастьян получил в моем личном и самом точном переводе труды Вивьен Блэквуд «Благословенные проклятия». Ибо не нужно примерно, на глазок и по наитию делать расчеты из сомнительных фолиантов, используя для уборки магию высшего разрушительного порядка.

А мне достались парные клинки. Те самые, одним из которых был убит химер, а вторым — едва не проткнута уже я.

Вот так… Помимо обручальных колец, у нас появились обручальные кинжалы.

А когда церемония закончилась, гости разбрелись по лужайке, над которой ради такого торжества создали прозрачный парящий пол. Была среди них и Жози, как дочка именитого семейства, и Райли в качестве спутницы Вокса, и, конечно, Эйлар с невестой Иллори.

Вот только когда Себ и мой первый инвестор по-приятельски пожали друг другу руки, у меня возникли сомнения: точно деньги были этого любителя бестий? А я сомневаться долго не привыкла. Так что немного старого-доброго шантажа, подарок супруга — и подозрения получили признание и подтверждение.

Ну жук! И это я даже не про фанатика бестий, а про своего пять минут как супруга… вот ведь вышла замуж так, что теперь не выйти обратно.

После церемонии был ужин, танцы и традиционный девичий вид спорта — метание букета.

Я встала спиной к толпе незамужних подруг, размахнулась и бросила: пионы, перетянутые ленточкой, описали дугу и приземлились точнехонько в руки Жози. Помня деятельную натуру целительницы, я даже немного пожалела того счастливчика. Но самую малость.

А вот себя было жаль к концу вечера без меры. Ибо каблуки и корсет — это все же пытка. От оной меня избавлял Себастьян. С чувством так избавлял, медленно и томно...

Разоблачая меня от одежд, как некогда в преступных деяниях. А после уложил на кровать, и я застонала от удовольствия. Ибо это просто блаженство, когда избавляешься от туфель на высокой шпильке после целого дня стояния на оных.

— Еще рано, — услышав мое «ох», прокомментировал муженек.

— И вовсе не рано, — фыркнула я в ответ и демонстративно повращала стопами в воздухе. — Я отлично знаю, когда мне хорошо.

— Точно хорошо? — с этими словами Себ обхватил ладонью мою щиколотку и поцеловал ногу, как иные кавалеры барышне ручку.

А потом двинулся выше, к колену. Еще выше… И остановился на самом интересном месте, чтобы спросить тоном демона-искусителя:

— Так мне продолжать? Или тебе уже очень хорошо?

— Если ты не продолжишь, то уже тебе будет очень плохо, — прошипела я, вдруг поняв, что никакой усталости в теле нет. Смылась, паразитка. Вернее, ее смыло волной удовольствия.

От прикосновений Себа. От бархата его языка на моей коже. От ласк, которые дарили мужские руки. От ощущения твердых жгутов мышц под моими пальцами.