Книга Охота на бронзовую кисть, страница 34 – Анна Пожарская

Добиралась пешком. Хотелось поесть и отдохнуть, но мысль о приехавшей матери отбивала всякое желание возвращаться. Почти не вспоминала о ночном происшествии, реальность вытеснила воображаемые страхи.

Ближе к десяти получила обеспокоенное сообщение от бабушки. Пообещала поторопиться и ускорила шаг, последнее чего хотелось, – волновать старшую родственницу.

Помедлила у подъезда. Не нашла ключи в отведенном для них боковом кармане сумки и почти нырнула туда с головой, чтобы отыскать беглецов. Можно было, конечно, позвонить в домофон, но отчего-то не хотелось.

В руки попались часы, Лада посмотрела на экран и нахмурилась. До неизвестного события оставалось чуть больше трехсот девяноста часов. Она выругалась и бросила гаджет обратно. По-прежнему не ждала от него ничего хорошего, но не знала, что делать дальше.

Ключи лежали на самом дне. Лада достала связку, приложила магнитную каплю к замку и поспешила в подъезд, мысленно настраиваясь сбежать в свою комнату сразу после ужина. Брат уже наверняка спит, а мать не станет настаивать на общении. Ей оно и раньше было не особо нужно, а сейчас тем более. Они почти чужие люди.

Сердце взяло разбег еще в лифте. Лада мысленно обругала себя малявкой и попыталась успокоиться. В конце концов, она даже не подросток и волноваться ей совсем не пристало.

Открыла дверь и вошла в слабоосвещенный коридор. Судя по полутьме, мама с бабушкой болтали на кухне. Ба нравился мягкий свет вечером. Лада скинула обувь и поспешила поздороваться: у них с матерью могут быть какие угодно отношения, но невежливости бабушка ей не простит.

Женщины пили чай за столом. Сидели друг напротив друга и вели неспешную беседу. Бабушка испекла любимые мамины плюшки с корицей и достала парадный сервиз из тонкого нежно-голубого фарфора. Лада усмехнулась: вся прогрессивность и продвинутость старшей родственницы разбивалась о подобные мелочи. А потом перевела взгляд на стену и вздрогнула. Прямо над тенью бабушки аптечной змеей повисла темная, похожая на кусок черной ткани полоска. Вроде бы тоже тень, но объемнее и гуще своих настенных подружек.

Лада вздохнула и потянулась к выключателю, чтобы зажечь большой свет. Не хотелось, чтобы этот неведомый монстр утащил бабушку!

— Ладушка! – почти одновременно встрепенулись женщины, когда над их головами загорелась своими длинными рожками люстра.

— Я уже начала волноваться! – упрекнула бабушка, и Лада поспешила обнять и хозяйку дома, и гостью.

— Как выросла-то с последней встречи! – заметила мама, когда настала ее очередь.

— Люди растут до двадцати пяти, – ответила Лада. Хотела продолжить, заметив, что за два года вырастет кто угодно, но не стала.

Мама как раз почти не изменилась. Разве что чуть поправилась. А в остальном все осталось прежним: и ясные глаза, и грива непослушных неопределенного цвета волос. С каждой новой встречей она становилась все больше похожа на бабушку, не фигурой, нет, жестами и выражением лица. Мама, хоть и никогда не была учительницей, смотрела вокруг строгим взглядом и будто всем своим видом показывала, что ждет шалостей от неразумного окружения.

— Переодевайся и приходи ужинать! – приказала бабушка. Лада кивнула и поспешила состроить из себя самую послушную внучку на свете.

— Я быстро! – пообещала громко и направилась в ванную.