Книга Свидание вслепую, страница 64 – Рина Львович

Элрондил нервно сглотнул.

— Ракушки… — повторил он. — Понятно. А… у вас есть паспорт? Виза? Декларация о ввозимых предметах?

Туна хихикнула. Или это было бульканье? Из-под одного из её щупалец вылезло что-то, отдаленно напоминающее паспорт — это был плоский камень, покрытый выцарапанными рунами и следами от зубов акулы.

— Это — мой документ. А это, — она кивнула на другое щупальце, обмотанное чем-то гигантским и сетчатым, — моя ручная кладь.

Элрондил попытался прочитать руны. У него чуть не свело глаза.

— Что вы ввозите? Запрещенные вещества? Оружие? Органические материалы?

— Ну, я сама — органический материал. Запрещенных нет. — Туна моргнула своими огромными глазами-блюдцами. — Оружие… Только если это считать мои щупальца, но они же часть меня. А в клади… — она размотала часть сетки, и на стойку вывалилась гора перламутровых раковин, размером с маленькие тазы, несколько полупрозрачных медуз, которые тут же начали нежно пульсировать на эльфийском мраморе, и пара блестящих, но явно очень старых сундуков. — Это мои сувениры из затонувших кораблей. И немножко планктона для перекуса.

Элрондил побледнел. Медузы скользили по документам. Планктон шевелился.

— А… жидкости? У вас есть жидкости, которые вы хотите задекларировать? — его голос дрожал.

— А вы уверены, что хотите, чтобы я это продемонстрировала? — Туна слегка тряхнула центральным щупальцем, и на стойку хлынул мини-цунами, сметая все бланки и ручки.

Элрондил закрыл глаза. Он представил себе, как будет объяснять Верховному Совету эльфов, почему таможенная зона теперь превратилась в солоноватое озеро, а их ценные лилии плавают рядом с планктоном.

— Ладно, — выдохнул таможенник, совершенно сдавшись. — Проходите. Только, пожалуйста, постарайтесь не… не так сильно капать. И не ешьте медуз прямо здесь. Но придется все-таки соблюсти маленькую формальность. Мы не можем пропустить столько на территорию нашей страны неликвидного золота. Это может ударить по экономике государств. И перламутровые раковины — расценивается, как контрабандный материал для изготовления доместики.

— Ур-р-р, — пророкотала кракенша, уже порядком иссушенная и желавшая вернуть себе человеческий облик. — Оформляйте.

Сотрясая землю и оставляя за собой широкий, влажный след из воды, водорослей и случайных морских ежей, Туна величественно направилась в зал ожидания, оставив за собой абсолютно обалдевшего Элрондила и нескольких его коллег, судорожно пытающихся собрать мокрые документы и спасти последних медуз от испарения. Операция «Мокрый Проход» была успешно завершена. Эльфийская бюрократия получила незабываемый урок в области глубоководной дипломатии.

Таможню оставалось пройти только Мрачному Жнецу и самой Марье.

Анкоу перед самым входом в арку повернулся к некромантке, помахал ей рукой и однимаи губами произнес: «Встретимся на другой стороне». Быстрый шаг вперед, и плотная лиственная завеса скрыла мужчину из глаз, возвращая изначальный облик.

Тэларис, пограничник с незапятнанной репутацией и ушами, которые могли уловить шелест мысли на милю, в очередной раз сверял бумаги, когда воздух вокруг него похолодел. Не от приближающейся зимы, а от чего-то… более фундаментального. Из-за мистического тумана, который отделял эльфийский мир от «всего остального», медленно выплыла высокая, задрапированная в чёрное фигура. Капюшон скрывал лицо, но зловещий силуэт был безошибочен. И, что ещё более важно, предмет, который фигура волокла за собой.