Книга Лекарь из другого мира, страница 63 – Рина Вергина

Но отпускать не хотелось. А забыть, я знала, мне не суждено. Но я могу хотя бы не думать о нем постоянно, погрузившись в рутину дел. А их у меня хватало с избытком.

Голова гудела от усталости. За окном давно погасли огни, часы на стене пробили второй удар — глухой, будто сквозь вату.

В пять утра мне вставать. В шесть — занятия в анатомичке. А между этим — три часа сна, если повезет.

Я закрыла глаза, чувствуя, как тяжесть оседает на плечах.

А может, зря я ввязалась во все это? Школа, лаборатория, приют, дети. А еще этот благотворительный вечер на носу. Вдруг я не потяну такую ношу?

Хотелось упасть на постель и расплакаться — от усталости, от этой странной внутренней тоски, от ощущения, что я пытаюсь ухватиться за слишком многое сразу.

Никто и не говорил, что будет просто. Нужно быть сильной.

Но и маленькую слабость я могу себе позволить. Я все же человек, а не бездушный механизм, выполняющий кучу задач одновременно.

Мне хотелось выкроить для себя хотя бы один день полноценного отдыха. Чтобы как следует выспаться и валяться в постели до обеда, читая какой-нибудь глупый роман. А после пойти в трактир и заказать их фирменное блюдо — свиные ребрышки в белом вине. С разваристым картофелем, посыпанным свежей зеленью. Выпить чашечку горячего шоколада с корицей. Пройтись неспеша по лавкам, разглядывая кружева и шелка, и посидеть на скамейке в парке возле пруда. И не думать ни о чем. Только слушать, как поют птицы в ветвях деревьев, и чувствовать тепло солнца на лице.

Я встряхнула головой. Поняла, что задремала сидя за столом. Прямо на приглашении для Костанса. Буква в самом конце его имени расплылась, словно на нее упала слеза.

Я, словно лунатик, добралась до постели и рухнула на нее, не снимая платья. Спать мне оставалось чуть больше двух часов. Скомканная юбка неприятно впивалась в бок, но сил раздеться не было. Я просто закрыла глаза, пытаясь отключить поток мыслей, роившихся в голове.

В полудреме мне привиделся Коста. Он стоял у пруда в парке, в том самом, где я мечтала посидеть. На нем был простой сюртук, а не вычурный придворный камзол. Он кормил уток хлебом, и они доверчиво клевали у него с ладони. Он улыбался. И эта улыбка была адресована мне.

Я протянула руку, чтобы коснуться его, но он растаял, словно дымка. Остался только холодный утренний свет, пробивающийся сквозь щель в занавесках.

С трудом разлепив глаза, я села на кровати. Голова раскалывалась. В зеркале на меня смотрела измученная девушка с темными кругами под глазами.

Я встала и, словно автомат, начала готовиться к новому дню. Холодная вода немного взбодрила. Я натянула простое платье, расчесала отросшие до плеч волосы и перехватила их лентой в хвост.

Антуан постучал в дверь. Когда я его впустила, протянул мне стакан с горячей бурдой, тем не менее тонизирующей не хуже хорошего кофе.

— Файнштэйн, ты выглядишь так, будто провела ночь в морге, а не за письменным столом, — хмыкнул Антуан.

Я попыталась улыбнуться, но получилось скорее гримаса.

— Если бы! В морге, по крайней мере, тихо и никто не требует подписать двадцать писем за ночь. — Я потянулась к стакану, обжигая пальцы.

Антуан тем временем разглядывал аккуратные стопки подписанных конвертов на моем столе.

— Это всё для твоего приюта?