Книга Медвежье сердце, страница 6 – Елена Михалёва

— А она объясняла тебе, как именно воля импери влияет на чужую? – архимаг поерзал в седле.

Молодой колдун вздохнул, пытаясь припомнить матушкины рассказы, но с тех пор прошло столько времени. А слушал он не слишком внимательно, если дело касалось не легенд или сказок, а каких-то дотошных формальностей, в которых мать и сама была не сильна из-за отшельнической жизни в глуши. «Лесная ведьма» – так прозвали ее жители Нордвуда за диковатый нрав и таинственное происхождение.

— Не особо, – наконец сказал Иврос. – Она предпочитала рассказывать истории о разных представителях рода Хагморов. Некоторые творили действительно удивительные вещи: подчиняли себе гигантских линдвормов, что жили в пещерах, или превращались в острова.

— Насчет островов не уверен, но линдворма импери подчинит запросто, – заметил архимаг. – В истории известны и не такие случаи. Были в древности столь могущественные импери, что могли пробудить исполинских созданий, которые спят в недрах нашего мира.

— Опасная власть, – заметил Ив. – Я помню, вы рассказывали, к чему она привела.

— К тирании, кровопролитию, войне… и созданию магов окулус, – Авериус Гарана повернулся к собеседнику. – Единственного живого оружия, которое способно изнутри разрушить силы импери.

Иврос выдержал его пристальный взгляд. Он ждал, что архимаг вновь заведет тот разговор об их с Гвин близких отношениях, о жажде убийства, о странности их влечения и необъяснимости их любви. Скажет, что это невозможно и «уникально». Но вместо этого мужчина изрек следующее:

— Все существует в равновесии. Без могучих импери сложно защищать этот мир от Чистой тьмы. Однако даже импери не страшны, если рядом есть окулус. Столь прекрасные и хрупкие создания, но внешность может быть обманчива.

— Дорогой брат, а я и не знала, что ты у нас лирический поэт, – насмешливый голос Керики вывел архимага из задумчивости, в которую тот явно погрузился гораздо глубже, чем рассчитывал. – Не утомляй Ивроса раньше времени своими нравоучениями, а то, не ровен час, он развернет коня и поскачет обратно, к прекрасному и хрупкому созданию.

Авериус Гарана фыркнул, выражая глубочайшее презрение к шуткам сестры, однако от дальнейших разговоров об импери и окулус решил воздержаться.

А вот Ив, напротив, углубился в гнетущие раздумья. Но не возможная власть возлюбленной над ним беспокоила его, нет – он был готов с радостью оказаться вновь в этой власти. Молодого колдуна волновало как раз то, что он отдалялся от Гвин все больше и больше. Иврос старался прислушиваться к собственным ощущениям. На землях Валиндера перемен не наблюдалось. Мир вокруг него отзывался на кровь Хагморов. И если бы он захотел проделать привычный трюк с расступающимися перед ним кустами, то был уверен, что все получится как обычно. Но Ив понимал: это лишь начало дальней дороги на юг. В те края, где о Хагморах, возможно, и не слышали никогда.

* * *

Дни потянулись тягостной чередой. Бесконечные часы в седле на фоне белого снега. Деревни сменяли друг друга. Каждый новый постоялый двор мало чем отличался от всех предыдущих, лишь ныло тело от нескончаемой езды верхом. К концу пятого дня Иврос уже с любопытством гадал, как же мастер Гарана, будучи человеком далеко не молодым, так легко переносит дорогу. Чародеи не пили эликсиров и лишний раз не прибегали к чарам, однако оставались настолько крепкими и натренированными, что неплохо сносили столь дальнюю дорогу.