Книга Лаванда и ментол, страница 176 – Александра Рябкина

Су Ен до умопомрачения хотелось сидеть в гостиной родительского дома и наблюдать за тем, как родители смущают Юн Хо комментариями. Но вместо этого Су Ен чувствовала, как каждый сантиметр ее кожи покрывали ссадины и слои засыхающей чужой крови, а в руках она сжимала ловящую последние вздохи маму.

— Я и так вижу, что он будет защищать тебя, что бы ни произошло. – Голос Мун Хи слабел, а губы почти не двигались, как и взгляд, обращенный на Су Ен. Хуже этого зрелища она ничего в своей жизни не видела.

— Ты просто потеряла много крови. – Су Ен села на колени перед мамой и отодвинула разорванные клочки платья. Нет, это была не просто царапина. Су Ен замутило. Слишком много красного. Слишком много того, с чем не справится регенерация.

— Я люблю тебя, черничка.

Улыбка замерла на лице Кан Мун Хи, когда она выдохнула в последний раз.

— Так не оставляй нас! – Су Ен до боли сжала руки в кулаки. Она больше ничего не видела перед собой, кроме пустых глаз матери. Она не могла оставить ее здесь. Но не могла заставить себя саму встать на ноги. Су Ен опустила голову, а ее рыдание походило на вой раненого зверя. Боль разрывала ее изнутри, оголяя душу и сердце.

Кан Су Ен пробыла возле матери до самого рассвета, когда не осталось слез, а с ней сидел уже не молчаливый волк, а мужчина, готовый оставаться рядом столько, сколько будет нужно.

— Отец не должен об этом узнать, – просипела Су Ен, поднимая опухшие и стянутые от слез глаза на своего нареченного. Она протянула к нему руку в надежде ощутить под пальцами столь желанное тепло.

— Мы похороним ее на территории стаи, если ты этого хочешь. – Юн Хо поймал ладонь Су Ен, прижимая ее к губам.

— Да, так будет лучше.

Пахло домом. Су Ен уткнулась носом в подушку, на которой еще совсем недавно лежал ее нареченный. Если когда-нибудь у нее спросят, что такое безопасность, то она без промедления ответит: «Безопасность пахнет зеленым чаем и ментоловыми леденцами».

Остро нуждаясь в этой безопасности, пусть она и не была готова это признать, Кан Су Ен не покидала комнаты несколько дней. После того как Юн Хо привез ее из Национального леса, они решили пока остановиться у отца Су Ен. Здесь она действительно чувствовала себя защищенной. И не только потому, что нареченный был рядом.

Кан Джун Со заглядывал в комнату Су Ен каждый час, то и дело пытаясь ее соблазнить любимой едой. Но вместо того чтобы выбраться из-под одеяла и выйти из комнаты, Су Ен боролась с собой. Запах крови, будь он неладен, все еще преследовал ее, куда бы Су Ен ни направилась.

Как и желание убить каждого лиса, который попадется ей на глаза. Из-за них вся жизнь семьи Кан стала такой… такой… Су Ен даже не могла назвать это одним словом. Жизнь просто оказалась другой, не той, что изначально была уготована маленькой Су Ен и ее родителям.

В очередной раз открылась дверь. Су Ен даже не реагировала на этот звук, однако в этот раз, стоило только уловить знакомые запахи, она приподняла голову. Комната наполнилась ароматами океанского бриза и спелого крыжовника.

Микаэла и Рейна.

Они молча сели рядом. Молча протянули к ней руки и обняли. Комната все так же звенела от тишины, нарушаемой лишь шелестом простыней и мерным дыханием девушек.

Су Ен всхлипнула, цепляясь пальцами за подруг. Их появление подобно открытому шлюзу высвободило то, что она держала в себе. Все эмоции, томившиеся на сердце, выплеснулись в считаные мгновения, заставляя не только подруг вздрогнуть, но и парную связь натянуться.