Книга У нас под крылом – солнце, страница 116 – Наталья Филимонова

— вору, проникшему в дом и заставшему там хозяина, достаточно прикоснуться к нему -и тот заснет. Преступник сможет беспрепятственно сделать все, зачем пришел. И даже

усыпить потом стража, пришедшего его арестовать. Для каждого самого малого ментального дара при желании можно найти криминальное применение.

— Как и для любого другого, - прервал ее преподаватель, немолодой длинноносый ритх с совершенно белыми волосами - не понять, от природы или от возраста. - Впрочем, продолжайте.

— Все верно, - подхватил Кей, - криминальное применение можно найти любому магическому дару. И такое вмешательство будет очевидно. Сама магия выдаст преступника - его можно будет вычислить по дару. Но когда дар ментальный, все не так просто - его нельзя увидеть, а потом не так-то просто разобраться, что произошло. Сам ли уснул тот же хозяин дома или под воздействием. Г олову напекло стражу или преступник усыпил.

— Словом, - заключила Ида, - мы считаем, что по крайней мере для стражей было бы очень полезно иметь возможность защищаться от любых подобных воздействий.

— Что ж, - покивал мастер Мирос. С магией ритхов он очевидно не связывал обсуждаемую тему никак. В его глазах речь шла об исключительно человеческой узкой проблеме. - Будем считать, что актуальность предполагаемой разработки вы мне доказали. Но на чем вы планируете основывать технологию?

Ответ на этот вопрос Ида уже продумала - хотя и не собиралась говорить все как есть. Полуправды здесь будет более чем достаточно.

— Мы договорились с той самой моей подругой, - с готовностью отозвалась она. -Конечно, для чистоты исследования понадобится еще по крайней мере один маг,

обладающий подобным даром, чтобы иметь возможно отделить черты индивидуального дара от общих, свойственных ментальной магии в целом. Мы намерены выделить общую структуру воздействия, чтобы найти возможность его блокировать.

— Понимаю, - снова покивал пожилой ритх. - Вообще-то для первого проекта студенты обычно выбирают один из несложных в исполнении артефактов с хорошо известными свойствами и проверенной технологией. Однако я всегда считал, что творческие идеи следует поощрять. В конце концов даже любопытно, что у вас получится, - это он говорил, уже подписывая тему предстоящей совместной разработки Иды Виленто и Кея Терро.

Занятия по артефакторике велись по особой схеме: в течение сорока минут преподаватель читал всем слушателям лекцию по углубленной магической теории и основам создания артефактов, а следующие сорок минут были всегда отведены практике. И в это время студенты занимались индивидуальными или групповыми проектами под присмотром преподавателя.

Практика начиналась уже с первого занятия. Прежде всего мастер Мирос сообщил, что на самом деле работать с артефактами сможет в итоге едва ли десятая часть из всех пришедших. Учитывая, что на спецкурсе было всего около двадцати студентов, это не слишком обнадеживало. Как пояснил преподаватель, для этой работы необходимо особое чутье, предельная аккуратность, способность к длительным точным расчетам и многое другое - в противном случае свойства артефакта могут оказаться далекими от задуманных.

Затем он прочитал лекцию о свойствах материалов и их обработки - а потом студенты приступили непосредственно к созданию “болванок” - носителей, которым однажды предстояло стать артефактами. Преподаватель расхаживал между столами, кого-то поправлял, кому-то подсказывал, а от кого-то, едва хмыкнув, сразу отходил.