Книга Нога судьбы, или Истории, рассказанные за чашечкой кофе, страница 69 – Наталья Филимонова

— Не уходи, – правда он это прошептал, или послышалось ей?

Как она оказалась лежащей навзничь, когда темные-темные сейчас глаза воина оказались над ней, как приблизились его губы – этого Ягенка уже и сама не поняла. Надо было бы сейчас вырваться, отскочить – ведь он слаб еще, не удержит. А только ни одной мысли в голове не осталось. Да и не хотелось никуда вырываться. Хотелось, чтобы он продолжал целовать ее всегда. Ну или хотя бы – как можно дольше.

* * *

Утром впервые за эти дни Ягенка проснулась одна. И отчего-то вдруг это показалось неправильным, неуместным.

Воин обнаружился у околицы – стоял, оглаживая морду своего коня и что-то негромко ему нашептывая. Лицо мужчины все еще было осунувшимся и бледным, но землистый оттенок исчез со щек, глаза смотрели вполне осмысленно, а руки почти не дрожали. И конь оказался уже оседлан.

«Ну вот и все», – подумала Ягенка, и эта мысль вдруг оказалась очень-очень страшной. Холодно от нее стало внутри и… колко. Теперь он уедет – и не вспомнит никогда, что случилось в избушке в лесу у Богатырева. А может, и теперь уже не помнит. Или ей и вовсе привиделось все?

— Доброго утра, красавица! – он смотрел на нее с такой же усмешкой, как и в первый день. Вот только огрызаться теперь совсем не хотелось.

— Доброго, – ответила настороженно, не решаясь подойти. – Никак уезжать собрался?

Не отвечая, воин подошел сам, спокойно обнял ее за плечи и поцеловал в макушку. И сразу стало на душе легко и спокойно.

— Спасибо тебе, родная. За все. И лесному хозяину от меня поклон передавай – не чаял я его обидеть. Пусть Паленка поправляется. Охотиться здесь больше никто не будет.

Сколько же он слышал из того, что я понарассказывала, изумилась про себя Ягенка. И… помнит ведь!

Несколько минут они простояли, обнявшись. Молчание снова нарушил он.

— Так, выходит, ты и есть здешняя колдунья?

— Ты слышал обо мне? – удивилась Ягенка.

— Немного слышал, – улыбнулся воин. – Правда, молва не говорит о том, какая ты красавица… А уехать мне все же придется. Заждались меня поди. Я должен.

— Ясно, – Ягенка отстранилась, стараясь не смотреть мужчине в глаза. – Доброго пути. Дорогу указать?

С чего начинали, подумала она мельком. Думать вдруг стало тяжело.

— Что, и не поцелуешь на прощание, красавица-колдунья?

— Обойдешься, – она отвернулась, однако воин с силой притянул ее к себе и поцеловал в сомкнутые губы. Так поцеловал, что разом вспомнилось все то, что утром показалось безумным сном – горячее дыхание, шепот, руки, губы.

— К осени жди вестей от меня, – шепнул он наконец на ухо. И тотчас стало легче дышать – будто камень огромный с души сняли.

Молча вернулась в дом, так же молча снова вышла и протянула мужчине путеводный клубок.

Воин вскочил на коня и пустил его шагом, когда Ягенке вдруг пришла в голову мысль, от которой она неожиданно для самой себя звонко расхохоталась.

— Стой! – захлебываясь, крикнула она. Впрочем, воин уже и сам недоуменно обернулся, придерживая поводья.

— Стой! Ты… – она никак не могла выговорить то, что хотела, потому что все время захлебывалась смехом. Воин терпеливо ждал, конь переступал с ноги на ногу. Наконец, отсмеявшись, он смогла продолжить. – От кого вестей-то ждать?

Воин смотрел с недоумением. Пришлось пояснить.

— Звать-то тебя как, гость незваный?