Книга Возрождение, страница 22 – Яна Гущина

— Тебе хорошо в сари, — заметил он, хотя Наташа догадалась, что подумал он намного больше на этот счёт. — Голубой цвет сочетается с цветом твоих глаз и выгодно оттеняет.

Наташа смущённо потупила взгляд, зардевшись от комплиментов. Матушка заметила замешательство гостьи и потянула её к столу, чтобы девушка не чувствовала неловкость. Арджун пошёл следом.

Пока их кормили завтраком в столовой, Арджун периодически кидал на неё осторожные взгляды, думая, что Наташа не видит этого. Впрочем, ей было несложно сделать вид, что она занята едой и, якобы, не замечает его интереса, хотя повышенное внимание с его стороны было ей приятно.

За столом сидели все члены семьи, и каждый норовил исподтишка исследовать необычную гостью. Она же пыталась не подавиться от внезапной заинтересованности к её персоне, и сосредоточилась на еде.

И как только индийцы умудряются есть такую острую еду? Во рту нестерпимо жгло. Наташа выдохнула, ожидая увидеть вместо дыхания пламя. Она отчаянно затрепыхала ладошкой возле открытого рта. На глаза навернулись слёзы. Ужас! Как вообще можно это есть? Справившись со слезами и огнём во рту, осторожно отодвинула от себя тарелку. Матушка тут же придвинула другую, и положила в неё что-то, непохожее на предыдущее яство.

— Покушай это, — посоветовала она. Судя по виду, женщина удивилась, что еда показалась гостье острой.

Наташа осторожно попробовала новое блюдо. Ну вот, совсем другое дело! Умеют же готовить! Совсем даже не острое! Глядя, как остальные члены семьи с осторожностью пробуют такую же еду, Наташа поняла, что для них она пресная. Видимо, миссис Саксена специально приготовила это блюдо для гостьи.

Поблагодарив за завтрак, Наташа предложила помыть посуду, но матушка отрицательно замахала ладонями, давая понять, что это не должно заботить девушку.

Арджун объяснил маме, что им с Наташей нужно изучить кое-какие конспекты. Он ухватил девушку за руку и увлёк в свою комнату.

Таинственный короб стоял на стуле. Уже не дожидаясь приглашения, Наташа уселась на кровать. Арджун притянул стул с коробом к кровати и устроился рядом с подругой.

— Вот смотри, — начал он, извлекая из недр ящика какие-то свитки и листочки. — Это то, что Виджу находил в библиотеках и скупал у старьёвщиков. Он не просто так сказал тебе, что для того, чтобы открыть проход, надо узнать секрет Таджа. Вот смотри! — Арджун развернул пожелтевший хрупкий пергамент, на котором были какие-то иероглифы. Впрочем, написанное казалось непонятным только Наташе. Арджун без труда смог прочесть свиток и добавил: — Однако меня смущает, что написано это на хинди. Слишком просто. Я думал, придётся разгадывать древние письмена. Ну да ладно! Здесь прямо так и сказано: «Кто постигнет тайну Тадж-Махала — откроет проход между двумя Мавзолеями».

— Это я уже слышала. Но что это за тайна и как её можно открыть? Кстати, где-то здесь может лежать кусок мрамора, который Виджу нашёл на месте поисков фундамента Чёрного Таджа.

Наташа с интересом заглянула в ящик, а Арджун принялся ковыряться в нём.

— Случаем, это не он? — поинтересовался парень, извлекая чёрную мраморную пластину с неровными краям. И тут же озвучил надпись: «Мир грёз Черного Принца открывается в темноте».

— Да, это тот самый обломок! — обрадовалась девушка, как старому знакомому. — Благодаря нему мы и подумали, что Чёрный Принц — это и есть Чёрный Тадж-Махал и что он должен явиться нам ночью. Потому и пошли к реке в полночь.