Книга Ставь на единорога, страница 27 – Наталья Филимонова

Никогда не умела прежде интриговать и манипулировать людьми… но, кажется, самое время учиться.

А пока – меня ждут мои первокурсники и моя любимая лаборатория. По крайней мере, дирижабль в этот раз не упадет. Об этом я позабочусь.

Отыскать кэб на этот раз удалось не сразу – было ощущение, что в Квартале мастеров люди просто не передвигаются на нормальных экипажах. И вдобавок словно пытаются перещеголять друг друга по нелепости своих повозок. Правда, теперь я присматривалась к ним уже совсем иначе – что если один из этих механических уродцев на самом деле окажется очередным гениальным изобретением?

Так или иначе, мне пришлось пройти пешком до самой арки, означающей границу портала. Арку – как и все прочие арки на других улицах – ничто, разумеется, не перегораживало, но сразу за ней будто начинался другой мир. Знакомый, привычный мне мир.

Устроившись наконец в экипаже, я продолжала размышлять о случайностях и закономерностях. Вот, к примеру, прадед Матеуш в своих записках предполагал, что люди, связанные значимыми судьбоносными событиями, притягиваются друг к другу во всех временных линиях – будто их личные ветки переплетены заранее, а само время восстанавливает себя, порой даже ускоряясь. Поэтому в числе прочего я и не сомневаюсь, что нам с Мареком никуда друг от друга не деться. Во второй жизни мы поженились даже раньше, чем в первой.

Но с Дорином Сабо моя судьба не была связана ни в одной из прошлых жизней – зато нас объединяет одна на две временные линии чудовищная катастрофа. И в этой жизни я уже во второй раз буквально сталкиваюсь с ним. Что это – действительно нагромождение случайностей или очередная закономерность временной петли?

Так ни до чего и не додумавшись, попросила извозчика остановиться у въезда в академгородок.

К своей аудитории шла, нервно оглядываясь – почему-то казалось, что Марек может подстеречь за любым углом, чтобы рассказать, как недопустимо я себя веду.

…На самом деле такую привычку он завел куда позже – и только во второй жизни.

А сейчас, конечно, у него есть дела и поинтереснее. Это теоретические занятия он может прогуливать, но ни за что не пропустит боевку, а она всегда в его расписании во второй половине учебного дня.

Аудиторию тоже оглядывала настороженно, однако на этот раз обошлось без сюрпризов. Слава небу, это не открытая лекция. Первокурсники, насколько можно судить, в том же составе, в каком должны – многие лица я помню, хотя сами эти ребята меня еще не знают. Да и почти все имена стерлись из памяти за двадцать лет второй жизни. У этой группы первой лекции по введению в специальность еще не было – так что будем знакомиться заново.

Кое-кто изумленно вскинул головы, когда я прошла к кафедре – не ожидали настолько молодого преподавателя.

Гомон все не утихал, и перекрикивать его я не стала. Зато, наклонившись, извлекла из-под кафедры и водрузила на столешницу свои наглядные пособия – большие, чтобы с задних рядов было видно, катушки с широкими лентами.

Я никогда не была блистательным преподавателем – мне всегда было сложно находить контакт с аудиторией. Мне куда интереснее было среди своих формул и расчетов. Увы, для получения ученой степени в области теории магии педагогическая практика необходима – и я покорно ее нарабатывала. А дорогие коллеги охотно сбрасывали на меня как младшую самую рутинную или бессмысленную работу – вроде вводных курсов и открытых лекций.