Книга Попаданка наоборот, страница 36 – Ольга Барыкина

Сначала они даже растерялись от неожиданности.

Лёша неловко замер, Соня почти сразу прижалась крепче, а Алина ещё несколько секунд сидела напряжённая, будто не очень понимала, что делать с такой простой и спокойной близостью, к которой она давно успела отвыкнуть.

— Я не сорвусь, — тихо сказала Вейра. — Не обещаю, что всегда буду спокойной, идеальной и всё на свете стану делать правильно, но пить я больше не буду.

Глава 17. Старые долги

После разговора о драке жизнь в квартире внешне почти не изменилась, но Вейра всё чаще замечала вещи, которые невозможно подделать никакими правильными словами или попытками изображать счастливую семью. Дети постепенно переставали жить рядом с ней как рядом с чем-то временным и ненадёжным, способным исчезнуть вместе с едой, спокойствием и самой возможностью нормально существовать.

Проявлялось это в мелочах.

Лёша больше не вздрагивал от каждого случайного шума и перестал автоматически оправдываться, если что-то ронял или ломал. Соня перестала каждую ночь просыпаться со слезами. Даже воздух в квартире изменился: раньше здесь постоянно ощущалось напряжение людей, привыкших жить рядом с чужим раздражением, а теперь всё чаще появлялся обычный домашний шум — разговоры, возня, смех, хлопающие дверцы шкафов и споры из-за какой-нибудь ерунды.

Сильнее всех менялась Алина.

Медленно, осторожно и так упрямо, будто сама себе запрещала расслабляться раньше времени.

Она всё ещё язвила, спорила и закатывала глаза, особенно когда речь заходила о школе, телефоне или просьбах помочь по дому, но за этим больше не чувствовалось прежней постоянной готовности защищаться. Раньше девочка напоминала человека, который живёт возле аварийного выхода и всё время ждёт сигнала к бегству. Теперь это напряжение постепенно уходило, хотя сама Алина, кажется, ещё не понимала, как вообще живут люди, которым не нужно каждую минуту ждать скандала.

В тот вечер Вейра вернулась домой позже обычного, потому что начальник бухгалтерии решил устроить почти часовое совещание по поводу ошибок в отчётности, возникших исключительно благодаря управленческому хаосу и хронической неспособности некоторых сотрудников читать документы дальше заголовка.

К концу рабочего дня у неё неприятно гудела голова, глаза болели от таблиц, а раздражение внутри медленно скапливалось той вязкой тяжестью, которая всегда появляется после слишком долгого общения с людьми, искренне уверенными, что их собственная некомпетентность является чужой проблемой.

На улице моросил холодный дождь, ветер таскал по двору мокрые рекламные листовки и пластиковые пакеты, а в лужах дрожали отражения жёлтых окон. Город выглядел уставшим, промокшим и каким-то бесконечно серым.

Когда Вейра открыла дверь квартиры, первым, что она услышала, был смех. Громкий, живой и совершенно настоящий.

Она даже остановилась на секунду, потому что до сих пор иногда забывала, что теперь квартира может звучать именно так.

Раньше здесь были осторожные шаги, тихие разговоры, напряжённая тишина и то тяжёлое ожидание скандала, которое постепенно въедается в стены не хуже сырости.

Теперь же из кухни доносился звон посуды, запах чего-то сладкого и возмущённый голос Алины:

— Я тебе говорю, оно не выдержит!

— Выдержит! — немедленно заорал Лёша.