Книга Чужая душа - потёмки, страница 14 – Галина Герасимова

— А где Хадрисс? – спросил Золот, и гнетущая тревога накрыла меня волной.

— Нет Хадрисса. Дальше одни поедем, – глухо выдавил Север. Отвернулся, не глядя на нас, и что-то прошептал Везунчику на ухо.

— Что значит нет? – пролепетала я. Подскочила к Северу, дернула коня за поводья. – Где он?!

Маг отвел взгляд, а меня оглушило. То, что казалось сказкой – страшной, пугающей, но безобидной, – вдруг стало чьей-то реальностью. Хадрисс… погиб? Остался там, пытаясь защитить наши жизни?! И его тело растащат дикие звери? Я не могу этого допустить!

— Надо вернуться, – сказала я, забираясь на лошадь. Откуда только силы взялись? Север посмотрел на меня с удивлением.

— Злата, ты что задумала?

— Надо его похоронить, – объяснила я. Сглотнула подступивший к горлу комок и поймала взгляд жениха: в нём торжество смешалось с сожалением.

— Нельзя, – качнул головой Север. – Среди них был маг, я еле спасся. Если вернемся, он запросто нас отыщет. Да и Хадриссу… ему ведь другой могилы не надо! Лес всегда был его родным домом. Едем дальше.

— Его уже не спасти, – поддержал Севера Золот и, вздохнув, подъехал ближе. Протянул мне руку, коснувшись запястья. – Прости, что накричал вчера. Я был не прав. Понимаю, тебе больно, Хадрисс нам всем стал дорог, но жизнь продолжается. Мы должны жить!

— Нет, я так не могу. Мне нужно увидеть его еще раз. – Развернувшись, я в отчаянии посмотрела на Эсси и прошептала: – Помоги мне.

Не слишком надеялась, что призрак примет мою сторону, но она, помедлив, всё-таки кивнула. Тогда я пришпорила кобылку, не слушая крики мужчин, которые пытались меня остановить.

Золот погнался за мной. Он был уже близко, но тут раздался леденящий, пробирающий до костей то ли вздох, то ли всхлип. Я не удержалась и глянула через плечо: Эсси перегородила Золоту дорогу. Лошадь жениха взбрыкнула, он свалился на землю, Северу пришлось остановиться рядом. Меня же несло дальше.

К вечеру я поняла, что потерялась. Не смогла ни к реке Фойре выйти, ни к спутникам вернуться. Кобыла устала, и нам обеим нужно было поспать. Выбрав полянку, показавшуюся мне симпатичнее других, я кулем сползла с лошадиного бока.

Только сейчас до меня начало доходить, что же я сделала! Я осталась одна в незнакомом мире и понятия не имела куда идти! И тело Хадрисса не нашла, чтобы похоронить.

Стемнело быстро, а вместе с темнотой пришёл и холод. У меня не было ничего, чем можно разжечь костёр. Сжавшись в корнях старого дуба, укрывшись попоной, я тщетно пыталась согреться. Кажется, ненадолго задремала, хотя в голове билась мысль, что спать нельзя – замерзну насмерть. Но сил бороться со сном уже не осталось.

* * *

Разбудила меня оплеуха. Щеку обожгло. Кажется, это было единственное живое место. Тело сковал холод, руки и ноги не слушались, губы занемели.

— Просыпайся, княжна! Ну же, давай!

От отчаянного возгласа Хадрисса, прозвучавшего так близко, хотелось заплакать. Как будто мужчина снова был рядом! Я стиснула зубы, сдерживая стон. Это так глупо – влюбиться в кого-то, зная его всего пару дней! В женатого человека, погибшего раньше, чем я осознала эту гибель. Впрочем, мне всегда везёт как утопленнику. Одно попадание в чужой мир чего стоит.

— Да очнись же ты!

Я ждала ещё одну оплеуху, но вместо этого губы обжёг требовательный поцелуй. Горячее дыхание согревало, будто вместе с ним Хадрисс передавал мне частичку своей жизни, и я наконец отмерла. Сколько длился поцелуй, не считала: несколько ударов сердца, а может, целую вечность. Но стоило шевельнуться, ответить неуверенно и робко, и поцелуй прекратился.