Книга Туманные Острова. Возвращение Драконов, страница 27 – Сандра Хартли

“Эльфа!” — выдохнула и утерла слезы рукавом, — “Помолвка не скоро, после того как мне исполнится восемнадцать. Будущие хозяева едут заклеймить невесту своего чада. Магическая печать, как на лошадь или корову. Слишком своенравная человечка, сама виновата,” — сказала и громко всхлипнула, убирая руку и прикрывая рот, чтобы не разрыдаться.

Даркон тихо ругался на своём языке, а потом боднул меня головой.

“Снимем, моя маленькая полукровка. С магией жизни ты и сама справишься. Я помогу, как только магия немного восстановится,” — попытался утешить меня Дарк, но это слабо помогало.

Рыдания всё же прорывались наружу, и, прижавшись к холодной морде крылатого ящера, я даже не пыталась их сдержать.

Выпустила магию, которая бурлила внутри и ревела, как в детстве из-за сломанной куклы. С той только разницей, что в этот раз кукла — это я, и меня вот-вот сломают.

Нарыдаться вдоволь мне не позволили. Спустя час дракон рыкнул, что я устроила потоп, и отправил плакать в покои.

“Все крылатые ящеры — просто безэмоциональные и расчетливые существа, как и эльфы,” — именно так они описывались в старых фолиантах, которые мы читали с учителем по древнеэльфийскому.

Несмотря на это, чёрный дракон оказался более понимающим, чем все эльфы, которых мне доводилось встречать, и даже некоторые маги.

Пообещав своему союзнику, что скоро вернусь, я поплелась домой.

Его молчание было именно тем, в чём я нуждалась. Дарк тихо сопел и слушал слёзы и всхлипывания глупой человечки, даже остановил меня, когда рыдания грозились перерасти в истерику.

Дракон не стал врать, что всё будет хорошо, или убеждать, что это нормально. А главное, не стал говорить, что это я сама во всём виновата.

В отличие от моей доброй и заботливой няни.

Женщина убеждала, что ничего страшного в договорном браке нет и такова моя участь, как и всех аристократок. По её мнению, печать — это всего лишь символ моей верности будущему супругу. Почти что знак отличия — я одна из немногих, до кого снизошли высшие эльфы. Даром, что эльф был немного бракованный: без магии и без наследства. Зато эльф: гордый, красивый, родовитый.

От таких речей пожилой дамы, хотелось выть и снова рыдать, но я держалась. Достала одну из прихваченных из де Форест книг и пялилась на расплывающиеся буквы.

* * *

Долго пялилась, примерно несколько следующих дней.

Еду мне приносили в комнату, а еще приводили учителей, которых прислал король Элвинтор. Меня проверяли и дрессировали, как лошадь перед выставкой.

Только спустя неделю, отец заставил меня покинуть покои и спуститься в гостиную.

“Возьми себя в руки, Касити. Я дал тебе достаточно времени, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что предстоит. Напомню тебе о перспективах жить в Савояре, если ты надумаешь что-то выкинуть,” — прорычал король, и меня нарядили как куклу, устроив показательный обед.

К разочарованию Калисты, мои манеры оказались почти идеальными, даже для придирчивых эльфов, которых прислал король. Только эльфийка показательно фыркала, когда очередной эльф хвалил мое умение вести светскую беседу или пользоваться приборами. Глупая королева и правда думала, что я дикарка, и тут её ждал сюрприз.

Я всегда помнила о своём происхождении и, если отступала от этикета, делала это, чтобы позлить её, а не потому что не знала правил или не умела правильно есть или пить.