Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 47 – Сандра Хартли

— Моё имя Армон Дюваль. А теперь не двигайтесь, мадемуазель, я проверю, насколько серьёзно вы пострадали, — холодно представился мужчина.

Услышав фамилию, я вопросительно посмотрела на Торнвуда.

Не зря походка и силуэт показались мне знакомыми. Даже без магии было видно — они с профессором родственники.

— Вы позвали его, чтобы добить меня и скрыть следы преступления? — прошептала я, пытаясь приподняться.

На лоб легла тяжелая ладонь ректора, а потом он шумно выдохнул.

— Не двигайтесь, Ариадет. В интересах Армона, чтобы на вас и царапины не осталось. В таком случае его брата ждёт всего лишь ссылка на север. Если он не справится – Жана-Марка казнят. Поверьте, лекарь Дюваль будет очень внимательным и старательным, — уже без насмешки произнес он.

Так вот в чём дело?

Королю не понравилось, что его едва не лишили единственной заклинательницы. Даже собственного придворного чародея прислал. Судя по всему, прямо с королевского банкета.

Какой у меня был выбор?

Отказаться от его услуг и надеяться на чудо?

Или потерпеть, надеясь, что лекарь из Дювалей окажется лучше, чем профессор из той же семьи.

— Хорошо. Но я ему не доверяю, — промычала я и глубоко вздохнула.

Чужая магия окутала тело.

Лекарь ощупал мою голову, руки и ноги, потом заставил поочерёдно сгибать их и с облегчением выдохнул:

— Ушибы. Легкое помутнение. Девушка испугалась, ударилась головой и потеряла сознание. Но, как вы и предполагали, щиты спасли ее от тяжелых увечий. Неделя отдыха, целебная настойка из полевых трав, сытные завтраки, настойка прополиса и через месяц мадемуазель сможет танцевать на балу, — с натянутой улыбкой произнёс он.

Что ж, похоже, профессор Дюваль всё-таки отделается ссылкой.

Я не была кровожадной, но за то, что он творил с буржуа, готова была отправить его и дальше Севера.

— Теперь я могу поспать? — недовольно спросила у ректора.

Тот взглянул на лекаря, потом снова на меня и провёл ладонью по волосам.

— Вы свободны, Армон. Король озвучит приговор вашему брату, когда состояние мадемуазель Вуд придёт в норму, — ледяным тоном заявил он, подхватывая меня на руки.

От подобной непозволительной вольности со стороны Торнвуда спать сразу расхотелось. К тому же, кроме головной боли, от резкой смены положения нахлынула тошнота.

Но дракону было всё равно.

Убедившись, что пациентка пережила столкновение с методами обучения бывшего профессора Дюваля, он уверенно унёс меня прочь.

Только вот направление выбрал весьма необычное, я бы сказала странное.

— Куда вы меня несёте? Жилой корпус в другой стороне, — прошептала я куда-то в часто вздымающуюся мужскую грудь.

— У нас нет лечебных помещений, Ариадет. Пострадавших этюдантов осматривают в Академии, а потом отправляют в городскую лечебницу. Оставлять вас без присмотра, с вашим талантом влипать в неприятности, слишком самонадеянно. Пока не поправитесь, поживете у меня, — спокойно ответил он, проходя мимо металлических ворот.

От такого поворота у меня даже тошнота прошла.

Я буду жить в доме дракона? С драконом?

Да что там — я буду жить в доме мужчины, без старшей родственницы, без мамы или сестры.

Недопустимое нарушение приличий.

Однако, судя по хмурому лицу и широким шагам ректора, спорить было бесполезно.

Оставалось лишь надеяться, что он позаботится о моей репутации и наймёт сиделку из лечебницы.