Книга Печенье судьбы. Соблазнить ректора, страница 165 – Сандра Хартли

* * *

Первое мгновение, услышав признание Матиаса, я не поверила. Улыбнулась, провела пальцем по его груди, где слабо сияла золотистая метка.

Но кузен короля не шутил. Он ждал моей реакции и, кажется, забыл, как дышать.

— Но ведь ты сам говорил, что то, что случилось у нас, считалось невозможным? — выдавила я, спускаясь с рук Матиаса и потянувшись к кувшину с водой.

Его взгляд стал колючим, а тело вдруг напряглось. Больше не было ни тепла, ни уюта, ни объятий.

Передо мной сидел строгий ректор и кузен короля, но никак не тот, кто называл себя моим мужем.

— Я имел в виду нечто другое, Ари. Во-первых, Валериан никак не влиял на Дар твоей бабули и уж тем более не мог бы пробудить его раньше двадцати лет. Во-вторых, мы были едва знакомы. У Вала с Нати прошли долгие месяцы, прежде чем появились первые признаки пары. Наша связь другая, поэтому я не был уверен, — тоном строгого ректора произнёс он.

— Нати? — эхом повторила я.

Матиас пожал плечами.

— Для тебя она строгая бабушка. Для меня она была возможной невестой моего кузена, — всё так же невозмутимо сказал он.

Дальше Матиас пытался объяснить, как работает магическая связь. Сбивчиво говорил что-то о силе Дара и совместимости. Но слова проплывали мимо.

Я думала только об одном: моя бабушка была парой короля. А потом, когда он предал их связь, она, используя Дар заклинательницы, изменила свою судьбу.

Совершила то, что считается запретным.

Мы не можем создавать артефакты для себя. Не можем менять свою судьбу или мстить, вмешиваясь в чужую.

Точнее, можем. Но платим за это магией.

Бабуля внушала мне это с раннего детства. И оказалось, это были не просто заветы предшественниц. Это был её собственный опыт.

Только вместо своего Дара она заплатила маминым.

— Мама, — выдохнула я, обрывая слова ректора.

— Она ничего не знает, — тут же сказал Матиас.

Это признание ударило больнее всего.

Всю жизнь мама считала, что с ней что-то не так. Не подозревая, что Дар не проснулся из-за романа бабушки и короля.

Зато точно знала бабуля. И всё равно позволила маме думать, что проблема ней.

— Она этого не простит, если узнает, — сказала я, наконец подняв взгляд на Матиаса.

Он сидел неподвижно, с видом бесчувственной статуи, наблюдая, как старые тайны бьют по мне одна за другой.

— Натания сама ей расскажет. Прошу, малыш, не вмешивайся. Это не наша тайна, — почти безразлично произнес он.

Конечно, не наша.

Но в отличие от бабули, которую я, кажется, совсем не знала, я так не смогу. Не сумею молчать и притворяться, будто слабая магия мамы — просто случайность.

Однако в одном Матиас был прав. Это не его тайна, и задавать вопросы следовало не ему.

Точнее, к ректору у меня тоже были вопросы. Но совсем другие и не менее важные.

— Есть ещё что-то? О чём ещё ты врал мне, считая, что я не готова или что так будет лучше?

Злость, которая копилась внутри, неожиданно вырвалась наружу иглами обвинений.

— Ариадет… я не мог.

— Нет! Ты не хотел! — рявкнула я.

Потирая переносицу, дракон подался вперёд.

— Не хотел, — неожиданно согласился он. — Ты не доверяла мне. И если бы узнала всё сразу, ничего бы не вышло. Ты бы просто…

— Сбежала от тебя подальше, дождалась открытия Дара и оборвала связь, — озвучила самый вероятный вариант.

Именно так бы всё и было. Бабушка не любила короля Валериана и его “шпионов”, как она всегда называла стражей, которые появлялись в посёлке.