Книга Волчий доктор или Призванная во спасение, страница 33 – Хелен Гуда

— Он привыкнет, – отцепила от себя кота, который старался остаться у меня на плече и потому цеплялся в меня когтями и, естественно, оцарапал мне шею. – Кеша, негодник! Не царапайся! – возмутилась и все же ссадила его с себя, передав в руки Мариши и подтолкнув ее в сторону комнаты. Я опасалась, что этот мохнатый паршивец что-нибудь мявкнет, и не на своем кошачьем, а на общедоступном и общепонятном языке. Поэтому я даже дверь попыталась прикрыть, шагнув в сторону мужчины. Пока занималась всем этим, не смотрела на лорда, а когда перевела взгляд, то испуганно замерла. Мужчина судорожно втягивал носом воздух, а глаза превратились в волчьи с желтыми зрачками. У меня по спине пробежал озноб от страха, и я как загипнотизированная стояла и боялась пошевелиться. Мужчина шагнул ко мне и уронил к моим ногам мои вещи, которые он, оказывается, держал в другой руке. А я за этой возней с Кешей и не увидела даже.

Прижалась к дверному полотну, дышу через раз и во все глаза смотрю, как мужчина с волчьим взглядом приближается к моей шее, и зажмуриваюсь. Вот сейчас он мне перегрызет глотку. Я вся внутренне напряглась, ожидая боли и моля Бога, чтобы Маришка не пострадала, если вдруг сейчас откроет дверь и помешает этому безумному маньяку меня убивать. Эта мысль еще не успела ускользнуть у меня из головы, как я почувствовала горячее дыхание на шее. И горячий поцелуй на том месте, где меня только что оцарапал Кеша. Этот поцелуй на перегрызание шеи был не похож, и я удивленно распахнула глаза. Мужчина медленно проводил губами по царапинам, зализывая их. А я ошарашенно охнула. По телу пробежала волна мурашек уже другого характера. Лорд поднимается выше, а я не понимаю, что делать. Нравится мне это или нет, но я не останавливаю, не возмущаюсь. Ничего, просто стою и молчу.

В момент, когда мой мозг наконец-то вышел из спячки и сообразил, что как-то надо вмешаться в происходящее, в дверь с той стороны с грохотом что-то врезается. И я слышу жалобный вой Кеши, в котором столько мольбы о пощаде, что становится его жаль.

Наваждение и дурман проходят, и я отталкиваю мужчину в грудь. У него уже обычные глаза, какие были прежде, и нет этого животного взгляда.

— Пустите, там ребенок, – пытаюсь высвободиться из захвата, в котором, оказывается, была. Я так увлеклась поцелуем, что не заметила, как меня прижали к сильной груди.

— И кот, – добавляет лорд, отстраняясь.

— И кот, – соглашаюсь с мужчиной.

— Здесь ваши вещи, и я сунул туда же кое-что из детского. Известие о девочке отправил соседям. Если кто-то отзовется, я поставлю вас в известность, – быстро заговорил мужчина, словно сам смутился своему порыву с поцелуем.

— Мы бы хотели поговорить с аптекарем. И если сговоримся с ним о стоимости старой аптекарской лавки, то хотели бы переехать, – выпалила я на одном дыхании. Мужчина нахмурился, и я уже приготовилась услышать отказ или что-то гневно-недовольное.

— Хорошо. Я все решу и заодно выпишу вам лицензию, – лорд развернулся и быстро зашагал прочь. Пожала плечами, не понимая такую странную мужскую реакцию.

Подхватываю свои вещи, радуясь, что Кеша в свое время напомнил мне спрятать книгу. Так как уверена, наши вещи вдоль и поперек проверили и прошарили. Толкаю дверь в комнату и вижу невероятную картину: Мариша сидит на кровати, зажала между ног Кешу и гладит его. Отчего у кота при каждом поглаживании натягивалась кожа на голове и выпучивались глаза. Кот жалобно посмотрел на меня и мявкнул: “спаси”. Я спрятала улыбку в кулак и позвала Маришу разбирать вещи. Та радостно соскочила с кровати, и кот немедленно шмыгнул под кровать, возмущенно что-то ворча.