Книга Не будите во мне... некромантку, страница 38 – Ника Калиновская

Я шикнула на него, стараясь выглядеть так, будто полностью контролирую процесс, хотя сама уже сомневалась, не устрою ли сейчас призыв душ всех моих предков до седьмого колена.

— Тише. Это тонкая работа, — важно сказала я и открыла блокнот на нужной странице. Слова заклинания выглядели как каракули младшеклассника, но я всё же рискнула прочитать их вслух.

Воздух в комнате дрогнул, огонёк свечи качнулся — и… вместо зловещего шёпота из иного мира раздался громкий чих. Мой. От соли, которая неудачно попала прямо в нос, когда я размахнула рукой.

Мужчина приподнял бровь.

— Могу я уточнить, это было частью обряда или просто ваш фирменный приём?

Я выпрямилась, откашлялась и с самым серьёзным видом ответила:

— Это проверка канала. Если канал выдерживает чих, значит, он достаточно крепкий для души.

— Гениально, — сухо заметил этот репейник, но уголки его губ предательски дёрнулись.

Я снова сосредоточилась, прочитала заклинание чуть внимательнее — и на этот раз действительно что-то откликнулось. Воздух сгустился, свеча погасла, и в комнате раздался приглушённый шёпот, от которого у меня мурашки побежали по спине.

— Убит… — эхом пронеслось в темноте. — Должен узнать… кто…

Я бросила быстрый взгляд на мужчину: он мгновенно посерьёзнел, но его глаза блеснули — теперь уже без насмешки. Похоже, даже он не ожидал, что у меня выйдет.

А я внутри лихорадочно думала: и что теперь? В инструкции на этом месте был обрывок — «дальше см. приложение», которого в книге не оказалось!

Ригард Фонтийский

С первой минуты нашей встречи с этой странной девушкой я никак не мог избавиться от ощущения, что она не та, за кого себя выдаёт. Нет, не самозванка — силу некроманта я чувствовал отчётливо, это было невозможно подделать. Но то, как она с ней обращалась… слишком неуверенно, словно держала в руках не знакомый до боли инструмент, а чужой клинок, которым можно и рассечь врага, и случайно отрубить себе пальцы.

Особенно явственно это проявилось, когда незнакомка взялась читать, казалось бы, стандартное заклинание. Формула знакомая, рабочая, а вот подача — сплошная дрожь и неуклюжие паузы, будто она не заклинание произносила, а пыталась вспомнить рецепт пирога, который ей подсказала соседка на рынке. Слова спотыкались, дыхание сбивалось, и если бы я не знал точно, что передо мной некромантка, то решил бы — любительница, играющаяся в магию смерти ради дешёвого эффекта.

Она, конечно, старалась держать лицо. Важный взгляд, напряжённые движения, будто каждая фраза была под контролем. Но я слишком долго работаю с магами, чтобы не отличить уверенность от наигранной бравады. Там, где опытный некромант действовал бы чётко, эта девица делала лишние жесты, и в каждом слышалась фальшь.

Я скрестил руки на груди и продолжил наблюдать за её попытками, не вмешиваясь. Любопытство пересиливало раздражение. Что ты за птица такая, некромантка? Почему твоя сила звучит громко, а пользоваться ей ты не умеешь?

Я продолжал смотреть, как она корябает по воздуху пальцами, пытаясь сложить из жестов более-менее внятное заклинание. На лице — напряжение, как у ученика, которого вызвали к доске, а он даже не помнит, с какой стороны держать мел.

Слова срывались, дыхание сбивалось, но всё-таки что-то сработало. Воздух дрогнул, и из глубины костлявого черепа скелета донёсся сиплый шёпот, больше похожий на скрежет камня по железу: