Онлайн книга «Драконий цветок»
|
Он вновь проснулся в холодном поту. Во сне наследнику в очередной раз явилось зеркало Истины, только сегодня отражение не шипело и не изрыгало утверждения, что у Рейгарда не получится снять проклятье, а показало ему то, чего он одновременно и желал, и боялся больше всего на свете. И это оказалось гораздо эффективнее любых угроз. Вот только эффект был прямо противоположный — вместо того, чтобы расстроиться, наследник ещё сильнее уверился в мысли, что сдаваться он не должен. А как иначе, если в отражении зеркала Истины он увидел разгорячённые обнажённые тела Себастьяна и Лины? Торжествующую улыбку брата, искажённое страстью лицо девушки, сплетённые руки и ноги и резкие, сильные движения, полные обоюдного желания? После такого кто угодно передумает отходить в сторону. Одно дело — просить Яна позаботиться о Лине, и совсем другое — видеть, как он может о ней заботиться. Отражениям в зеркале явно было хорошо в объятиях друг друга, они и думать забыли о Рейгарде. И вроде бы всё как и нужно — он ведь сам предлагал нечто подобное брату, разве нет? Но в то же время неприятно до тошноты и хочется кричать от бессилия и ревности. И есть ощущение абсолютной неправильности. Может, потому что на самом деле Рейгард не слишком-то верил, что Лина сможет полюбить Себастьяна? Уважать — да, но не любить по-настоящему, как она любила его самого. Почему? Разумных объяснений этой вере не имелось, так что, скорее всего, дело действительно в обыкновенной ревности. От увиденной во сне картинки саднило в сердце и было настолько плохо, что Рейгард не выдержал и сжёг одно из кресел. И лишь после того, как комнату заволокло чёрным дымом, а на месте предмета мебели осталась горстка пепла, наследнику немного полегчало. Именно в этот момент раздался стук в дверь. — Да? — рявкнул Рейгард, и в приоткрывшуюся дверь шагнул гвардеец. Огляделся с недоумением, кашлянул — видимо, у него резко зачесалось в носу — и бесстрастно сообщил: — С вами желает встретиться Аделина дель Дэйна. До завтрака. Говорит, это важно. Серьги наверняка хочет вернуть. Рейгард отчего-то не сомневался в этом. — Хорошо. Передай ей, что я зайду минут через десять. Гвардеец кивнул, а затем, помедлив, поинтересовался: — Убрать здесь, ваше высочество? — Зачем? — удивился наследник, оглядывая комнату. Пепел на полу, закопчённые стены, потолок и даже стёкла «с дымком» — вот что его сейчас окружало. — Так сойдёт. — Ладно, как скажете… — пробормотал гвардеец и удалился. Перед тем, как идти к Лине, Рейгард наведался на крышу и пару минут посидел на краю, глядя на мир с высоты драконьего полёта. Небо после сильнейшего снегопада постепенно очищалось, становясь пронзительно-синим, солнце, встающее над миром, отливало бело-оранжевым и слепило глаза, раскрашивая окружающее, делая его более ярким и радостным. Воздух звенел морозной свежестью, входя в лёгкие и выстуживая их изнутри на несколько кратких мгновений — но через секунду драконья суть делала своё дело и внутри вновь становилось жарко. Так хотелось обернуться. Вновь обрести крылья и полетать над столицей, пронзительно крича от радости и долгожданного обретения себя. Но вместо этого он вынужден сидеть на крыше, как жалкая ящерица, и просто смотреть вокруг, тоскуя по небу. По настоящему небу — в полёте… |