Книга Интересы короны, страница 7 – Юлия Арниева

Тогда я с трудом села на кровати, прижавшись спиной к холодной стене и уставилась в противоположную. Но вот среди уже привычного скрежета засовов и голосов вдруг так резко провернулся замок моей двери, что я невольно вздрогнула. Дверь открылась, я взглянула на вошедшего и, не сумев сдержаться, произнесла:

— Вы?

Друзья, вы читаете третью книгу цикла «Сахарная империя».

История Катрин Сандерс началась в Лондоне 1801 года, где выживание стоит дорого, а независимость еще дороже. Чтобы понимать, как героиня оказалась в Ньюгейте, кто такой виконт Сандерс, рекомендую вернуться в начало.

Первую книгу цикла можно прочитать здесь: https://author.today/reader/515892/4872653

Вторую книгу читайте здесь: https://author.today/reader/541911/5113562

— Леди Сандерс… мы не были представлены. Ричард Форд, магистратат Боу-стрит.

— «Главный магистратат», — мысленно поправила я, разглядывая мужчину. Высокий, крепкого телосложения, с поджарой, сухой силой, что сохраняется у людей подвижных и привычных к работе. Тёмные волосы с заметной проседью, уложенные аккуратно и без излишеств, обрамляли лицо с резкими скулами и светлыми, внимательными глазами, из тех, что запоминают всё и ничего не выдают.

Именно он тогда у парадного входа леди Мельбурн, взял Колина под локоть с такой хваткой, что тот дёрнулся, как от ожога. В тот же вечер я попыталась разузнать о нём у леди Уилкс, но она отвечала скупо и без обычного своего удовольствия от сплетен, что само по себе было красноречивее любых слов. Наклонившись чуть ближе, почти шёпотом, она кратко сообщила: блестящий юрист, правая рука герцога Портленда, у него везде свои люди, и поговаривают, что ни одно письмо в Лондоне не доходит до адресата, не побывав прежде в его руках. Французских шпионов ловит тихо, без огласки, ирландских заговорщиков так же, и никто не знает как, потому что те, кто мог бы рассказать, уже не рассказывают ничего и никому. Речную полицию он создавал вместе с Колкухоуном — тот придумал систему, Форд пробил её через правительство и выбил деньги из купцов Вест-Индии. На этом леди Уилкс замолчала и больше к теме не возвращалась, что само по себе о многом говорило.

Дик добавил то, о чём она предпочла умолчать: все боятся Форда, воры, скупщики, лодочники на Темзе. Его осведомители есть в каждом кабаке у реки, в каждой ночлежке Саутуорка, и никто не знает, кто из соседей на него работает, поэтому молчат.

— Чем обязана, мистер Форд? — спросила я, жестом пригласив его присесть на единственный стул в камере.

Он сел без малейшего колебания, раскрыл портфель с таким же невозмутимым видом, с каким, полагаю, раскрывал его в министерских кабинетах и в куда более мрачных местах, чем это, и не делая пауз, заговорил:

— Леди Сандерс, я счёл необходимым лично уведомить вас о результатах дознания. Обстоятельства кончины виконта более не вызывают сомнений у короны. Официальная версия такова: виконт был пьян, запнулся о кресло и ударился затылком о край стола. Показания врача и осмотр комнаты подтвердил несчастный случай, рана на затылке милорда полностью соответствует углу стола, о который он ударился.

Форд поднял на меня свой тяжёлый, немигающий взгляд, и в этом взгляде я прочла куда больше, чем он только что озвучил.

— Дело закрыто, миледи. Приказ о вашем немедленном освобождении передан смотрителю. Вы свободны.