Книга Принц Дракон и ведьма с Запада, страница 23 – Мила Дуглас

В комнате повисла тишина и молчание.

— Вы хотите сказать... — начал Ксев, и его голос сорвался.

— Я хочу сказать, ваше высочество, что вы обречены быть вместе. Хотите вы того или нет. Убить её вы не можете. Отпустить — тоже. Магия не спрашивает разрешения. Она просто выбрала вашу пару.

Ксев сжал кулаки так, что побелели костяшки. Его лицо стало белым как мрамор в Королевском замке.

— Это... это невозможно. Я не могу быть связан с ведьмой. С убийцей.

— Я не убийца, — тихо сказала я. — Ты же знаешь теперь. Ты чувствовал. Тот кинжал... он показал правду.

— Заткнись тебе сказано! — рявкнул он, но в его голосе не было прежней уверенности. Только боль. Неприкрытая боль.

Орвин переводил взгляд с одного на другого, и в его светлых глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Я оставлю вас, — сказал он, поднимаясь. — Моя работа закончена. Дальше вы должны решать сами. Но помните: связь не терпит лжи. Она обнажает всё, даже то, что вы прячете от самих себя.

Он ушел. Стражники вышли следом. Мы остались одни — я, принц и эта проклятая тишина.

— Для тебя это, наверное, подарок судьбы, — произнес Ксев, не глядя на меня, запустив пятерню в свои белые волосы. — Истинная связь с принцем. Будешь в безопасности. Никто не тронет такую дрянь.

— Ты правда так думаешь? — спросила я, и в моем голосе прозвучала горечь. — Думаешь, я мечтала о такой судьбе? Сидеть в ледяной яме, быть пленницей человека, который ненавидит меня за то, чего я не делала? Чувствовать его боль, его ярость, его... — я осеклась, не договорив.

Ксев резко повернулся. Подошел ко мне. Остановился в шаге, и связь взорвалась горячей волной по нашим телам — я почувствовала всё. Его пульс, его дыхание, его желание — такое острое, что у меня перехватило дыхание.

— Что ты чувствуешь сейчас? — спросил Ксев хрипло. — Скажи. Ну же, сучка! Я хочу знать.

— Ты злишься, — прошептала я, глядя ему в глаза. — Ты в ярости. Но не на меня. На себя. Потому что не можешь меня ненавидеть. Не так, как раньше.

— О, ещё как могу. Тебе показать?

— Нет. Не можешь. Потому что ты чувствуешь это. То же, что и я. И это сводит тебя с ума.

Ксев схватил меня за плечи — резко, больно, притянув к себе. Его лицо было так близко, что я видела его боль и метания в глазах, каждую тень под глазами, каждую морщинку от бессонных ночей.

— Если ты думаешь, что эта связь что-то меняет, ты ошибаешься, ведьма, — прошипел он. — Я всё равно найду способ избавиться от тебя. Или запру здесь навсегда.

— Запирай, — ответила я, не отводя взгляда. — Я привыкла. Сто лет в башне — чем не ледяная яма? Только там была крыса. А здесь — ты. Со своим бешенством и своим... — я запнулась, чувствуя, как его желание пульсирует в такт моему, — ...своим телом, которое хочет меня, даже когда разум ненавидит.

Он замер. Его пальцы на моих плечах дрогнули. А потом Ксев отшатнулся, будто я его ударила.

— Ты... ты невозможна.

— Я знаю, — усмехнулась я. — Мила говорит то же самое.

Он смотрел на меня долго. Очень долго. А потом развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что со стены посыпалась штукатурка.

Я осталась одна. В комнате, где пахло его гневом и его же желанием. И где-то глубоко внутри, под слоями страха и отчаяния, шевельнулось что-то странное. То ли надежда, то ли предвкушение. Я не знала. Я вообще перестала что-либо понимать.