Книга Под защитой ректора, страница 90 – Мира Аллен

— Или это правило действует только днём?

Слова остались между ними, не растворяясь и не ослабевая. Кай смотрел на неё, и в его взгляде уже не было той холодной отстранённости, за которой он прежде удерживал ситуацию. На короткое мгновение внутри него что-то сдвинулось резко, без привычного анализа, без предварительного расчёта, просто меняя состояние, в котором он находился секунду назад.

Он замер, словно пытался удержать границу, которая уже начала рушиться, но усилия оказалось недостаточно. Движение последовало сразу: Кай сделал шаг вперёд и окончательно сократил расстояние, оставив между ними только напряжение, которое больше нельзя было ни скрыть, ни отодвинуть.

Его рука легла на её запястье. Жест был быстрым, лишённым привычной выверенной сдержанности. Пальцы сомкнулись крепко, не причиняя боли, но и не оставляя ей возможности легко отстраниться. Контакт оказался слишком прямым, слишком явным, и от этого — опаснее любого предупреждения.

— Хватит.

Голос прозвучал глухо, сдержанно, но в нём уже не было того спокойствия, которое он пытался сохранить. Это слово не стало приказом в привычном смысле; в нём слышалась попытка остановить не только её, но и себя.

Айя не вырвала руку. Не попыталась ослабить его хватку и не сделала ни одного движения, способного сгладить ситуацию. Её взгляд оставался направленным прямо на него — спокойный, сосредоточенный, почти слишком ясный.

— Почему?

Она произнесла это тихо, не отводя глаз, и добавила, позволяя словам лечь глубже:

— Потому что вам это не нравится…

Пауза между ними стала тонкой, натянутой до предела.

— …или потому что нравится слишком?

Кай не ответил. Он не стал спорить, не попытался вернуть разговор к дисциплине и не закрыл тему привычной жёсткостью. В его движении появилась резкость, которая возникла быстрее любой мысли: он потянул её к себе, и в этом рывке уже не было контроля, только накопленное напряжение, наконец нашедшее выход.

Расстояние между ними исчезло окончательно. Его губы коснулись её — жёстко, без подготовки и без осторожности. В этом поцелуе не было ни плавности, ни мягкого признания; в нём прорвались раздражение, злость, притяжение и всё то, что он слишком долго пытался удержать в пределах разума.

Айя замерла лишь на одно короткое мгновение — не от испуга, а от силы этого внезапного контакта. Затем ответила. Не отступая, не смягчая, не делая вид, что это произошло против её воли. Её рука осталась в его хватке, дыхание сбилось, но она не разорвала поцелуй, позволяя моменту развернуться полностью, без попытки остановить его или сделать безопаснее.

Поцелуй оказался коротким. Резким. Настоящим настолько, что его уже нельзя было объяснить ошибкой и невозможно было вернуть назад.

Кай отстранился почти сразу, как только осознал, что сделал. Движение вышло резким, почти рефлекторным, словно он не просто прервал поцелуй, а вырвал себя из него, не позволив этому мгновению продлиться ни на секунду дольше. Его пальцы разжались, отпуская её запястье, и этот жест оказался таким же быстрым, как и рывок, с которого всё началось.

Он сделал шаг назад, возвращая между ними расстояние. Пространство вновь обрело границы, но теперь они не защищали, а резали — слишком поздно восстановленные, слишком очевидные после того, как уже были нарушены.