Книга Измена с драконом, страница 103 – Селена Гелата, Кейлет Рель

— Лавиния, ты в порядке? Я вздрогнула, когда меня окликнули. Меня не должны были видеть в таком состоянии. Слабость недопустима. Медленно подняв глаза, я увидела перед собой Октавию иль Опал. Она и сегодня выглядела великолепно. Перламутровые волосы были забраны гребнем наверх, но лишь несколько прядок закололи в пучок, а оставшиеся локоны красиво лежали на плечах. Белое платье, что переливалось всеми цветами радуги, как и её волосы с глазами, сейчас помогло мне прийти в себя. От присутствия подруги стало легче дышать. — Октавия, давно не виделись. Ты прекрасно выглядишь, — машинально улыбнулась я. — А ты шутить изволишь? — усмехнулась иль Опал, но было видно, что ей приятно от моего комплимента. — По сравнению с тобой я невзрачный камушек в шкатулке драгоценностей нашего общества. — Для меня ты остаешься всё такой же яркой, Октавия. Никто не может сравниться с тобой в красоте. Даже Богиня, — серьезно ответила я ей, но Октавия лишь покачала головой. — Это уже богохульство, Лави… Я улыбнулась еще раз. Это отвлекло меня. Но ненадолго. Октавия указала на центр зала, предлагая прогуляться, и я кивнула в ответ, оценив, что нигде не вижу лэры Камалы. Подойду еще раз, позже. Сейчас мне нужно было отвлечься. — Я отдала корону королю. Всё еще не понимаю, почему он заставил тебя тащить её всю поездку… — покачала головой Октавия, когда мы вышли из-за колонны. Я кисло кивнула. Его Величество Дастан играл в свои игры, и не нам обсуждать его действия. Он был великим правителем, но, как и все, создавал вокруг себя паутину, чтобы воспользоваться нужной нитью в подходящий момент. Тут в голове проскочила мысль, которая пробралась через ворох, появившийся после разговора Аниты и Кристиана. — Октавия, и все же, что у тебя с королем? — спросила я. Мысли блуждали. Анита была здесь. Кто-то её выпустил. Нужно как можно скорее обличить предателей, раз они были здесь. Так гораздо лучше, ведь Анита всегда хотела выглядеть лучше в глазах других. Теперь они узнают ее истинную натуру. Но теперь я не знала… Она беременна. Меня словно ударили по голове чем-то тяжелым. — Ничего серьезного. Родители обсуждают помолвку. Я дала своё согласие, — ответила легкомысленно Октавия. Это меня и вернуло к подруге. Все мои мысли сосредоточились на ней. — Октавия! — воскликнула я. — Знаю, Лавиния, но время идет, а я не становлюсь моложе. Да и я знаю, что король не заинтересован мной. Лишь политика. У герцогских семей мало дочерей. Ты уже с женихом, пока не сообщила ему о своем намерении. Твоя сестра не нравится королю. Ты уж прости. Да и в королевы она не годится. Октавия говорила правильные вещи для нашего положения, но сам факт… И все же я не могла не признать, что всё верно. — Ты права. — Остаемся мы. Следующие в иерархии. Жребий пал на меня, а я не против. Хоть и страшно, — призналась она. — Почему? — повернула я к ней голову. — Покушения на королевскую семью. С учетом нынешних обстоятельств. Этого я боюсь больше всего, — Октавия грустно улыбнулась. — Да и Лада… Я еще не видела её сегодня. Хотела извиниться перед ней еще раз, ведь я тоже перегнула палку. Заезжала к ней после нашей ссоры, но она лишь молча слушала, так и не приняла мои извинения. Мы остановились в центре зала.

Мимо нас проходил лакей. Октавия взяла два бокала и протянула один мне. Я зареклась пить алкоголь, но сейчас чувствовала, что нужно сделать глоток, чтобы успокоить разум. — За счастливую жизнь до конца наших дней. Я хочу быть такой же счастливой, как сейчас, — подняла она бокал и пригубила вино. Я не успела ничего сделать. Не успела выпить свой напиток. Не успела позвать на помощь. Я могла лишь смотреть, как Октавия оседает на пол передо мной. Кровь полилась из её рта, окрашивая белое платье в красный. Глаза начали закатываться. Она пыталась ухватиться за меня, чтобы не упасть. Послышался звук бьющегося стекла. Кто-то разбил бокал. Я хотела сделать что-нибудь, но не знала, что. Я должна была спасти её. Мне хотелось этого больше всего на свете. Но я не могла ни о чём думать. Она умирала на глазах многих. Умирала, не получив ни капли помощи. В её глазах читалась мука. Тело содрогнулось в последний раз и замерло. А я, не открывая глаз, опустилась на колени. Последний вдох вырвался с моим криком, заглушенным чужими воплями.