Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 84 – Диана Фурсова

Марина подняла глаза.

— Это было бы правильно.

— А у вас… — он замолчал, подбирая слова. — У вас я могу просить только то, что вы готовы дать сами.

— Я пока не знаю, сколько готова.

— Тогда я буду ждать.

Она смотрела на него долго, и впервые это ожидание не показалось ей ловушкой. В нём не было требования. Только место, оставленное для её решения.

Через три дня Дом первого огня начал строиться заново.

Не чиниться. Именно строиться.

Кайран пришёл с досками, как обещал.

Не символически, не на минуту перед свидетелями. Он действительно снял плащ, закатал рукава и вместе с мужчинами поднял первую тяжёлую балку для нового нижнего зала. Половина двора замерла. Нэра посмотрела на это зрелище с придирчивым видом и сказала:

— Неплохо. Но левее.

Кайран передвинул балку левее.

Марина отвернулась, чтобы скрыть улыбку.

Именно в тот день у северной стены поставили новый знак: пламя в раскрытых ладонях и драконье крыло над ним. Грета настояла, что старый обгоревший фрагмент нужно встроить в основание нового входа.

— Дом должен помнить, что его пытались погасить, — сказала она. — И что не вышло.

Арден получил отдельную тёплую комнату рядом с общим залом, но чаще спал там, где были голоса. Он не любил торжественной тишины и начинал сердито хмуриться, стоило вокруг становиться слишком важно. Тила стала его постоянной смотрительницей и однажды заявила Дарену, что если тот ещё раз назовёт её «девочкой», она поручит ему стирать детские полотна неделю. Дарен сдался без боя.

Новый круг собирался сначала неловко.

Знатные недовольно морщились, когда Нэра разворачивала длинные списки запасов. Сойна говорила слишком тихо, пока Марина не попросила её повторять громче. Старый Брам путался в обращениях, зато первым заметил, что часть дворовых ворот открывается слишком легко и ночью туда может пройти любой. Ярина поначалу молчала, но когда одна знатная дама предложила принимать в Дом первого огня только «достойных женщин», Ярина подняла голову и спросила:

— А кто решит, когда женщина перестаёт быть достойной тепла?

После этого в зале стало тихо.

И новый круг впервые стал не просто решением Кайрана, а настоящим кругом.

Вартиса судили при свидетелях. Без жестокого торжества, без показного унижения. Грета представила записи, Дарен — показания стражи, Тила рассказала о ночном приказе, плотники — о следах поджога у кладовой. Вартис до конца пытался говорить о благе рода, но после треснувшего перстня и признанного Ардена его слова уже не имели прежней силы. Его лишили звания и отправили под строгий надзор в дальнюю северную крепость, где он больше не мог распоряжаться ни детьми, ни записями, ни чужим страхом.

Мирена уехала через неделю.

Перед отъездом она попросила встречи с Мариной.

Они встретились в ещё недостроенном зале Дома первого огня. Вокруг пахло свежим деревом, в углу Нэра ругалась с плотниками, за занавесью спал Арден. Мирена стояла посреди этой живой незавершённости в светлом плаще и казалась уже не опасной белой змеёй, а женщиной, которая слишком долго верила, будто ценность ей даст только место рядом с властью.

— Вы победили, — сказала она.

— Нет, — ответила Марина. — Просто ребёнок выжил.

Мирена усмехнулась.

— Вы умеете делать вид, что не понимаете власти.

— А вы слишком долго делали вид, что понимаете только её.