Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 81 – Диана Фурсова

Но после правды всегда наступало утро, в котором нужно было не стоять красиво у алтаря, а решать, где будут спать дети, кто принесёт доски, как запереть уцелевшие записи и кого поставить у дверей, чтобы вчерашняя ложь не вернулась ночью в другом плаще.

Поэтому уже через час после испытания Марина стояла не в княжеских покоях, а на северном дворе, где пахло мокрой сажей, свежим деревом, холодным камнем и горячим хлебом, который принесли женщины из нижнего города.

— Нет, не сюда, — говорила Нэра плотнику, уперев руки в бока. — Эта доска пойдёт на временную перегородку, а не на пол. На пол тонкую нельзя.

— Да откуда вы знаете? — устало возмутился плотник.

— У меня глаза есть. И ноги, которые потом будут проваливаться, если вы сделаете плохо.

Плотник открыл рот, посмотрел на Марину, потом на Кайрана, который молча держал на руках Ардена, и закрыл рот.

— Ладно, — буркнул он. — На перегородку так на перегородку.

Нэра довольно кивнула, как человек, только что выигравший маленькую, но важную битву за будущее княжества.

Марина стояла рядом и слушала этот спор почти с нежностью. Вот так и начинался настоящий новый порядок: не с громких речей, а с того, что пожилая служанка могла спорить с мастером при князе и её не заставляли молчать.

Кайран заметил её взгляд.

— Вы улыбаетесь, — сказал он.

— Я просто думаю, что Нэра распустит новый Совет быстрее, чем вы его создадите.

— Возможно, именно поэтому её нужно туда ввести.

Марина повернулась к нему.

— Вы серьёзно?

— Да.

Он сказал это просто, без попытки понравиться. После родового зала в нём что-то изменилось не наружу, а вглубь. Кайран всё ещё оставался князем — сдержанным, жёстким, привыкшим думать о последствиях раньше, чем о чувствах. Но теперь его решения чаще начинались не с вопроса, как сохранить лицо рода, а с вопроса, кто будет защищён этим решением.

— Нэра не знатна, — сказала Марина.

— Зато она за два дня сделала больше для порядка, чем половина родовых советников за десять лет.

— Она будет спорить.

— Надеюсь.

Марина посмотрела на него внимательнее.

— Вы правда готовы к Совету, который будет с вами спорить?

Кайран перевёл взгляд на обгоревший Дом первого огня.

— Совет, который не спорит, а кивает, уже едва не стоил мне наследника и вас.

Она не ответила сразу.

Слово «вас» повисло между ними тихо и опасно. После публичного признания Кайрана стало легче дышать, но не легче забывать. Марина не собиралась превращать один правильный день в полное прощение. Она слишком хорошо помнила первую фразу, сказанную им в зале: «Эта женщина больше не нужна моему дому». Такие слова не исчезали от одного раскаяния. Они уходили только тогда, когда на их месте долго и упрямо строили другие поступки.

— Тогда начните, — сказала она. — Не с меня. С них.

Она кивнула на двор.

Кайран понял.

К полудню в большом нижнем зале крепости собрали полный круг.

На этот раз Марина вошла туда не как обвиняемая, не как опальная жена и не как женщина с младенцем на руках, которую можно было остановить у двери. Она вошла рядом с Кайраном, но не за его плечом. Арден спал у Тилы, и девушка стояла чуть позади, прямая, бледная от волнения, но уже не испуганная. Нэра была рядом с ключами на поясе. Грета несла уцелевшие записи. Дарен стоял у дверей, а рядом с ним — старый конюх, прачка Сойна, плотник и Ярина с Лессой как свидетели Дома первого огня.