Книга Ненужная жена дракона. Акушерка для наследника, страница 60 – Диана Фурсова

— Я был неправ, — сказал он. — Не только вчера, в Совете. Раньше. Гораздо раньше. Когда позволил дому говорить о вас вместо того, чтобы говорить с вами. Когда считал тишину согласием. Когда думал, что если не причиняю боли намеренно, значит, не причиняю её вовсе. Когда назвал вас ненужной, потому что так было проще для рода, для Совета, для решения, которое все уже приготовили.

Марина не перебивала.

Внутри было тихо и больно.

Не потому, что она ждала этих слов. Не потому, что они всё исправляли. А потому, что где-то глубоко, в памяти Элиары, тихая женщина, пять лет смотревшая в окно, тоже услышала их.

Слишком поздно.

Но услышала.

— Я прошу прощения, — сказал Кайран. — Не как князь у леди своего дома. Не как глава рода у женщины, которую несправедливо задели. Как мужчина у женщины, которую не увидел, пока не стало почти поздно.

Марина закрыла глаза на мгновение.

Если бы он сказал это в первый день, она бы, возможно, рассмеялась ему в лицо. Если бы сказал вчера — решила бы, что вина заговорила громче разума. Сейчас, после огня, после людей, которые остались, после ключей и приказов, слова легли иначе. Не как прощение. Как начало долга.

Она открыла глаза.

— Я слышу вас.

Кайран едва заметно выдохнул.

— Но?

— Но слов мало.

Он кивнул, словно ожидал именно этого.

— Я знаю.

— Нет, — сказала Марина. — Не просто знайте. Делайте. Защитите не меня как жену, которую вдруг стало жалко. Защитите Дом первого огня. Наследника. Тилу. Нэру. Грету. Ярину, Лессу, всех, кто пришёл сюда и теперь окажется под ударом из-за того, что поверил мне. Найдите того, кто поджёг дом. Не дайте Вартису превратить пожар в доказательство своей правоты. И если однажды вы снова встанете перед выбором между удобным решением и живыми людьми — выберите людей раньше, чем они начнут гореть.

Кайран смотрел на неё долго.

— Вы просите поступков.

— Да.

— Вы их получите.

Марина не улыбнулась. Но впервые не захотела отойти.

Этого было достаточно для одного утра.

Из-за обгоревшей стены донёсся голос Греты:

— Миледи! Мой князь! Вам стоит это увидеть.

Они подошли вместе.

Грета стояла у пролома, держа в руках обугленный край старой балки. На дереве, под слоем чёрного, проявились вырезанные линии. Пламя в ладонях. И ниже — короткая строка старым письмом.

— Я не видела её раньше, — сказала Грета. — Огонь снял верхний слой дерева. Строка была скрыта внутри.

Кайран наклонился.

Марина ждала.

— Что там?

Он провёл пальцами по обугленной надписи и тихо прочитал:

— «Когда дом сгорит и люди останутся, хранитель первого огня будет выбран не кровью, а сердцем».

Грета посмотрела на Марину.

Нэра, стоявшая чуть поодаль с ключами в руках, тоже услышала. Тила у двери флигеля замерла с младенцем. Дарен медленно повернул голову.

А потом за северной стеной ударил колокол.

Один раз.

Второй.

Третий.

Кайран резко выпрямился.

— Это созыв полного круга.

Дарен уже бежал через двор. Через минуту он вернулся, мрачный.

— Мой князь, из главного крыла пришёл приказ Совета. Вартис объявил, что пожар доказал опасность чёрной метки. На рассвете он требует испытания родового пламени для наследника.

Марина посмотрела на младенца на руках у Тилы.

Тот не плакал.

Он смотрел прямо на обгоревший Дом первого огня и упрямо сжимал крошечный кулак, будто уже был готов спорить со всем Советом.