Книга Слова, что обрушат небеса, страница 208 – Анна Панкратова

— Надо уходить на заброшенную часть. Сначала проводим Прасковью, затем пойдем в отель, — властно сказал Деймонд, оглядывая спящих патрульных. — Вернуться не успеем: стемнеет, лучше заночевать в отеле. И скорее всего за нами будет погоня. Офелия, надо было просто договориться с этими патрульными, а не усыплять их! Теперь за нами весь патруль острова будет гоняться!

— Они бы вас не пропустили. Рассказали бы папе!

— А так они не расскажут? Когда проснуться?

— Точно. Надо их убить.

— Мы никого не будем убивать! Боги, Офелия, мы не убийцы!

Прасковья взяла Харпер за локоть, чтобы увести в сторону. Вскинула брови, кивнула в сторону Офелии.

— И она твоя подруга?

— Она своеобразная. Говорила же. Но да. Сама в шоке.

Прасковья потерла переносицу, а Харпер удивлено отметила, как на ее глазах затянулась царапина на шее бабушки. Только она начинала забывать, что скоро им придется расстаться, как жизнь ярко это напоминала.

— Феликс? — Харпер вдруг посетила нехорошая мысль. — Если мертвому здесь перерезать горло, скажем, что будет?

— Он сольется с островом, — прямо ответил Феликс.

Харпер закрыла глаза, борясь с яростью. Проиграла. Вызвала кинжал, уверено направилась к тому, кто посмел угрожать ее бабушке, но Деймонд прижал ее к своей груди. Заставил опустить руку.

— Веснушка, он бы не стал ей вредить. Это запрещено законом! Он просто хотел припугнуть нас.

— Он…

— Он бы не убил ее! Веснушка! Пожалуйста!

Взволнованный тон успокоил: правду ведь говорит. Харпер повернула кисть, сливая кинжал с кожей. Деймонд посильнее прижал ее к себе, поцеловал в макушку, а она обхватила его руки, наслаждаясь близостью любимого. Когда она успела стать такой кровожадной? Ах да, когда поняла, что добряков все только обижают и предают. Поэтому научилась кусаться. Встретилась взглядом с Прасковьей, чуть успокоилась, не находя там осуждения, лишь понимание.

— Я бы просто ему… м-м, не знаю. Но порезала бы ему что-нибудь. Сосок бы отрезала, может.

— Только глаза не выкалывай, — шепнул на ухо Деймонд, фыркнул, ведь совсем недавно Харпер была в ужасе, когда он планировал сделал тоже с Дэном. — У людей они заново не растут.

Харпер прыснула, но потом по телу прошла дрожь, так ярко перед глазами встало кровавое месиво на месте глаза Кейлуса.

— Офелия Син. — Полу-грех протянула руку Прасковье. — Лучшая подруга вашей внучки. Рада познакомиться.

— Я тоже. Наверно, — често ответила Прасковья.

— Тебе велели ждать, — заметил Феликс, наблюдая за рукопожатием.

— Я и ждала. Ровно четыре часа. И ведь не зря пошла вас выручать!

Решили не спорить: какой в этом смысл, если все уже произошло? Да и порывы Офелии спасать их были довольно приятны.

Феликс поставил всем новые печати: чтобы выйти из измерения и попасть на заброшенную часть острова, единую для всех. Переход прошел незаметно, и вот уже ноги утопали в фиолетовой траве, а в километре шуршали на ветру джунгли. Фиолетово-красные. Буйная растительность тянулась к солнцу, скрытому искрящейся дымкой и красными облаками. Красиво. Эпично. Харпер даже вдохновилась настолько, что решила использовать подобную картинку в одной из следующих книг, но и жутко до дрожи. Хорошо, ее успели предупредить, как выглядит эта часть острова.

— Когда-то джунгли были нормальными, — заговорила Офелия. Красные огоньки вспыхивали тут и там, словно глаза дикого зверя. — Но потом здесь оказалось слишком много живых разом, которые еще и мертвых пробуждали пачками. Баланс покачнулся. Резкий скачок магии. И… имеем, что имеем.