Книга Яд на кончике острия: Экстремальные каникулы, страница 9 – Астрадени Джейн

Экскурсоводша по-прежнему вещала в громкоговоритель, водители так и попивали чаёк, ни о чём не подозревая. Небо затягивалось тучами, и аномалия мелькала, еле проглядывая через белёсую пелену. Сверху посыпались снежинки, затевая стремительный хоровод. Пахло уже не морозцем, а снежной слякотью. Начинался буран.

Вика оставила снегоход рядом с остальными машинами, юркнула в эллипсон, проползла в конец салона и забилась на последнее сиденье.

Вот, блин! Снова он ей всё испортил. Жалохвостый супостат!

«Больше никаких экскурсий! Носа теперь из Астуэллы не высуну», — поклялась она себе, когда они возвращались в город по воздуху, а за иллюминаторами завьюжило вовсю.

Двое суток бушевала пурга. На третий день туристов погрузили в звездолёт, и корабль взял курс на главную наггеварскую планету. Агентство запланировало посещение столицы с предварительным четырёхчасовым заездом в легендарный лес Куул, где сейчас находилась этническая деревня повстанцев, а оттуда восстановленной подземкой прямиком до Рассахщи. По местам боевой тигримаруннской славы.

Вика боялась что-либо загадывать. С раннеталле, как оказалось, шутки плохи. Но курсантка надеялась, что в Рассахщи ей будет интересно.

Дэасс прибыл в столицу затемно. Небо над Великой Пустыней ещё не тронули зарницы, когда заламин пробрался во дворец под сумеречным покровом хашеш*. И не через главные ворота, а потайными ходами. Прежде всего, он не хотел, чтобы кто-то прознал раньше времени о его возвращении. Однако кое-кто в этом преуспел.

Едва Дэасс переступил порог своих покоев и даже не щёлкнул замком, как в дверь к нему постучались. Условным стуком.

— Входи, — разрешил заламин, скидывая на пол дорожный плащ.

— Что-то ты рано, — не заставив себя упрашивать, в комнату проскользнул некто шустрый и гибкий, терпеливо подождал, пока зажгутся светильники и лишь после этого плюхнулся на широкий диван.

— Пришшшлось, — прошипел Дэасс, швыряя в угол сумку. — Туристы одолели. Лезут отовсюду, как кусачие насекомые.

Точнее, одна сумасшедшая и дерзкая туристка. При воспоминаниях о ней, заламина до сих пор трясло. От ярости и негодования. И хотя их последняя встреча не была лишена приятности, он надеялся, что она… Действительно последняя.

— Значит, я вовремя, — усмехнулся единокровный, развалившись на диване и небрежно помахивая жалом.

Апартаменты Дэасса состояли всего лишь из кабинета, спальни с террасой и купальни, да и роскошью не блистали. В кабинете по стенам простые стеллажи с книгами, стол, галларий* и шаровизор на подставке. За исключением пышного дивана с множеством мягких валиков и подушек. Подаренный императору кем-то из провинциальных наггов, тот в интерьер не вписывался. Тогда император в свою очередь пожаловал этот нелепый, по его мнению, предмет обстановки своему любимчику Дэассу. Шутка вполне в духе многоликого. Пока Дэасс прикидывал, кому бы диванчик передарить, он как-то незаметно у него прижился.

— Как ты узнал, Кадис-шадди*? Я вернулся до срока… Следил?

— Ящерка на хвосте принесла. Случайно, шэссхе*, ссслучайно.

— Возвращался с ночной гулянки? Как всегда.

Кадис неопределенно изогнул жало.

— Ясссно. Допрыгаешься когда-нибудь. Поймает тебя Уласс-наггир…

— Но ты же ему не скажешь?

— Я не скажу, другие настучат. Правила этого змеюшшшника с детства усвоил. Да и строг у нас непомерно гир-шадде*.