Книга Ректор для лучницы. Тень из Дома Ночи, страница 12 – Татьяна Булгава

— И вы хранили, — Ксавьер спрятал бумаги в карман. — Спасибо. Если кто-то придёт с вопросами — никому не отвечайте. За вами приставят охрану.

— Не надо, — Вэлл слабо улыбнулся. — Я стар. Мне недолго осталось. А убийцам стариков неинтересно.

— Этому — интересно, — жёстко сказала Лисса. — Убийца не разбирает возраста.

Они вышли из библиотеки. В коридоре Ксавьер опёрся о стену и закрыл глаза.

— Ты как? — спросила Лисса.

— Вспомнил, — ответил он. — Пещеры. Мы нашли что-то там, с Дорианом. Что-то, что не должны были видеть. Я поклялся забыть. А он, видимо, поклялся помнить.

— И использовать.

— Да.

Лисса помолчала.

— Тогда нам нужно опередить его. К следующему в списке. К магистру Арно.

Она взяла Ксавьера за руку — на этот раз мягче, почти по-человечески.

— Мы справимся, Ксавьер. Ты не один.

Он открыл глаза, посмотрел на неё. На золотые волосы, на решительно сжатые губы, на зелёные глаза, в которых горела та же искра, что и у Геллы, но по-другому — более спокойно, более уверенно.

— Спасибо, — сказал он.

— Рано благодарить. Сначала — поймаем убийцу.

Она отпустила его руку и пошла вперёд, к выходу из подвала. Ксавьер смотрел ей вслед и вдруг поймал себя на мысли, что верит ей. Полностью. Безоговорочно.

Это было странное чувство — после долгих лет одиночества на юге, после предательства и боли, после того, как он перестал доверять даже себе.

Она не предаст. Он знал.

И это знание было единственным светом в той тьме, которую принёс с собой Дориан.

Глава 5. Флэшбек на юг

Они не пошли к магистру Арно сразу.

Лисса настояла на короткой передышке — Ксавьер был бледен, под глазами залегли тени, а руки дрожали. Он пытался скрыть это, но она видела. Она всегда видела.

— Идём, — сказала она, уводя его в сторону восточного крыла, где была небольшая смотровая площадка, выходящая на горы. — Нужно проветриться.

— Некогда проветриваться. В списке семь имён. Одно уже мертво.

— И остальные никуда не денутся за час, — Лисса открыла дверь на площадку, впуская свежий ветер. — А ты сейчас начнёшь раздавать приказы дрожащими руками, и никто тебя не воспримет всерьёз.

— Я не дрожу, — соврал Ксавьер.

— Дрожишь. И я не осуждаю. Твой бывший друг убивает людей. Это тяжело.

Она села на каменный парапет, похлопала рядом.

— Садись. И рассказывай. Про пещеры. Про то, что вы нашли. Про то, из-за чего Дориан так зол.

Ксавьер не сел. Он встал у края, глядя на горы, и молчал так долго, что Лисса уже решила — не ответит.

— Пять лет назад, — начал он наконец. — Мы служили на южной границе, в отряде «Степные псы». Отряд был неофициальный — наёмники, беглые аристократы, бастарды, вроде меня. Нас посылали туда, куда официальные войска не совались. Опасные задания. Грязные. Те, после которых не снятся сны.

— Дориан был твоим напарником?

— Лучшим. Мы делили всё: паёк, воду, кров. Он спас мне жизнь трижды. Я ему — дважды. Мы поклялись, что всегда будем вместе. Что умрём в один день.

— Что случилось?

— Мы нашли пещеры.

Ксавьер замолчал, сжал перила так, что побелели костяшки.

— Это было случайно. Мы преследовали банду контрабандистов, они укрылись в горах. Мы вошли за ними. И нашли не контрабандистов. А… — он запнулся. — Ты слышала о древних ведьмаках? О тех, кто жил до империи?