Книга Месть сама тебя найдёт, предатель, страница 18 – Лиза Гамаус

Какой же враль! И я ему ещё помогала тогда с деньгами, без которых бы он продал по дешёвке половину своего подвала или вообще его лишился.

— Это Мухин мне позвонил сейчас, попросив о нашей встрече.

Посыпалось. Шелуха начинает облетать.

— Тимофей, если коллекцию вам предложил Мухин, то значит, он на связи с Прохором, и тот в курсе, что мы с вами встречаемся. Мухин — предатель. Даю один процент, что он не сообщил о нашей встрече Прохору, но я почти в это не верю. Вы понимаете, о чём я? У меня начнутся сложности, как только я вернусь домой.

— Какого плана?

— Прохор может на всё пойти. Обвинит меня в невменяемости и упечёт в психушку. Я этого боюсь больше всего. Мне оттуда не выбраться. Если мне начнут что-нибудь колоть, то я не буду сама себе принадлежать. Мне нельзя домой.

Тимофей поглаживает в задумчивости подбородок.

— Он сейчас в Крыму на юбилее одной компании, где наверняка одна из гостей Зимина. Многие уже знают об их связи, — продолжаю нервно я. — Сейчас ему надо эту связь оправдать. Как? Моей невменяемостью. В субботу он прилетит обратно, — то ли рассуждаю вслух, то ли говорю это зачем-то Тимофею. — Самое смешное, что я дала свой новый тайный телефон Мухину. Сейчас Прохор полностью меня контролирует, где я и что делаю. Имейте это в виду.

— Кто сказал, что нам будет просто с этой горой? Я сделаю пару звонков, пожалуй.

Он встаёт и отходит на приличное расстояние от нашего столика. Через несколько минут возвращается.

— Могу поселить вас в центре. У одного моего приятеля есть квартира, которая пустует. Он её купил, чтобы по музеям ходить с детьми, и было где остановиться. Как вам такой вариант? Ваш муж поймёт, что вы остались в Питере, раз не прилетели, но мало ли, что он там поймёт. Телефон новый я вам сделаю, это самая маленькая проблема. До меня он не доберётся, я этого не боюсь. А вот с Мухиным надо повременить и проверить, как всё обстоит на самом деле. Мне кажется, что он вряд ли сказал ему о нашей встрече.

— Да, возможно, я погорячилась. Я бы не хотела опять разочаровываться в людях.

Официант приносит закуски.

Я наконец кладу в рот еду и на минуту забываю обо всём. Очень хочется есть.

— В нашем распоряжении уникальный шанс, Берта. У меня — информация о его тёмных схемах за последние двадцать лет. Я копил её, как драгоценности, ждал момента, когда удар будет не просто точен, но и красив. Справедлив. Ваша история… она даёт мне то, чего не хватало. Моральное право и идеального союзника внутри его же крепости. Вы знаете все его слабости, о которых не догадываются бухгалтера. Вы знаете, как он мыслит. Вы — та самая трещина в его горе, в которую можно заложить заряд, — говорит Тимофей.

Постепенно до меня доходит.

Тимофей привозит меня в квартиру друга.

Она находится на Каменноостровском проспекте, в одном из тех респектабельных, но не кричащих домов, чьи фасады помнят ещё перезвон трамваев начала века. Верхний этаж. Тимофей проводит меня внутрь без лишних слов, вручив ключ-карту.

Пространство поражает не роскошью, а тишиной и воздухом. Весь Петербург за окном кажется чёрно-белой гравюрой: тёмные крыши, серая лента Невы вдалеке, серебряные купола. Внутри же царит строгий, почти монашеский минимализм. Светлый дубовый паркет, стены цвета сгущённого молока, никаких картин — только огромное, во всю стену окно, обрамляющее город, как драгоценный камень в оправе.