Книга На кого ты меня променял?, страница 41 – Амелия Борн

— Что будем делать? — спросил меня Роб, но растекаться мыслями по древу в ответ на этот вопрос я не стала.

Просто открыла дверь шире, и взгляд мой тут же наткнулся на сумку, в которой, видимо, и были мои вещи.

Под аккомпанемент женских стонов и смеха, которые доносились из спальни, я вошла в квартиру, убедилась в том, что Сахин действительно «заботливо» собрал все то, что еще оставалось здесь моего, и попросила Лаврентьева:

— Дай альбом, пожалуйста.

Роберт тут же протянул мне увесистую вещицу, забрал сумку и покачал головой, когда стон перешел в крик, наполненный демонстративной страстью.

— Вот теперь точно все, — озвучила я, положив альбом на то место, где стояла сумка. — Можем ехать домой.

Через мгновение мы вышли прочь и из этой квартиры, оставляя Артема там, где ему было самое место.

В очередном грязном мареве, где декорации почти не менялись. Но, как говорится, каждому свое.

Я же предпочитала начать жизнь с чистого листа.

Который станет таковым во всех смыслах этого слова.

Эпилог

Роберт

Подспудно Лаврентьев ожидал какой-то подставы от жизни, и это ожидание, увы, сбылось. Уж слишком все хорошо было до сего момента, чтобы оставаться правдой и дальше.

Они с Аней постепенно выстраивали отношения, и чем больше он узнавал ее, тем сильнее влюблялся. А еще — благодарил небеса за то, что Сахин был настолько слепым идиотом, ведь только абсолютный дурак мог добровольно отказаться от такой женщины, как Анна.

Ну а самому Робу следовало быть начеку и приложить максимум усилий для того, чтобы она осталась с ним. Он старался окружить ее любовью и заботой, и Роберту постоянно казалось, что он недостаточно делает. А Аня пару раз даже взмолилась, чтобы цветов, которые он регулярно носил ей в кабинет, стало поменьше.

Теперь она работала у него в фирме и оказалось, что Анна — идеальный сотрудник. Она была жадной до новых знаний, она вникала во все моменты, даже самые ничтожные. Так что и в этом случае Лаврентьев приобрел очень и очень многое.

И вот беда — пропала внушительная сумма денег, которая лежала наличкой в его кабинете. Он помогал детскому центру, который существовал не за счет государственных дотаций, а на деньги благотворителей. И сегодня вечером за финансами должен был приехать основатель этого учреждения.

Но эта сумма не могла просто взять и улетучиться. Пухлый конверт он положил на стол, а не в сейф, как делал это обычно. Вот и поплатился за свою беспечность.

Однако, думать об этом было попросту невозможно, потому что напрашивался только один вывод. Деньги могли взять только двое — а именно Елена или Аня. Только у них имелся доступ в его кабинет.

А еще до Анны было не дозвониться — она куда-то уехала, а загадочность вокруг ее отбытия была такой, что у Роба возникли нехорошие подозрения.

— О, сын, хорошо, что ты на месте! — заявил Ян Алексеевич, вновь появляясь на пороге без объявления войны.

Хотя, судя по его виду, пришел он с миром. Ну или с каким-то предложением, от которого на лице отца было написано нетерпение.

— Я связался с тем центром, который ты курируешь. Мне нужно вложиться в благотворительность, так что я участвую вместе с тобой в этом деле!

Ян Алексеевич прошел к столу Роба, устроился за ним напротив сына и продолжил:

— Виктор сказал, что вечером он приедет к тебе за деньгами. Передай и от меня, пожалуйста, вот это.