Книга Я родила от вашего мужа, страница 18 – Полина Рей

Мои крошки засопели, довольно быстро погрузившись в сон. Их вымотанные нервы восстанавливались, чему я была только рада. Сама же лежала, дыша ароматом, знакомым мне с самого рождения Эмилии и Майи, и беззвучно плакала.

Мысленно вкладывала в эти слезы все свое отчаяние, которое было таким всеобъемлющим, что из него мог соткаться мой новый мир. А я не хотела позволять ему даже пытаться завладеть собой. Мне нужно выплакаться и отпустить… мне нужно жить дальше.

И без него небо синее, как поётся в песне…

ГЛАВА 6

Проснулась я от запаха, доносящегося с кухни. Дочки тихо переговаривались, очевидно, готовя завтрак. Я невольно улыбнулась и прислушалась к себе. Мне стало легче. Пусть ненадолго и вряд ли по-настоящему, но легче…

Поднявшись с постели, прошла на кухню. Застала картину, которая вызвала умиление. Майя сидела за столом и перепачканными руками делала крем из сметаны и ягод, а Эмилия, сверяясь с рецептом в телефоне, пекла сырники.

— Ой, мам… мы тебя разбудили, – посетовала Майя, отложив своё занятие. – Не знали, поедешь на работу сегодня, или нет. А сами решили пропустить занятия.

Я ухватилась за это чувство, которое было в душе. Появилось там ещё вчера, когда девочки пришли ко мне ночевать. Ощущение сплочённости, будто мы не только семья, но и самая настоящая команда, способная выдержать любые удары судьбы.

— Конечно, побудем дома, – согласилась я. – Сейчас умоюсь и помогу вам.

Эмилия тут же бросилась заверять:

— Не нужно, мам! Иди в ванную, а потом сразу же сядем завтракать. Мы всё уже приготовили.

Я кивнула и ушла умываться. Понимала, что после ночных слёзных излияний явно выгляжу не лучшим образом, но бросаться и маскировать всё макияжем не стала.

Когда же пришла на кухню вновь, дочки уже накрыли всё к завтраку. Есть совершенно не хотелось. Казалось, я не смогу впихнуть в себя даже кусочка еды, но ради детей готова была на любые подвиги.

— Очень вкусно! – совершенно искренне похвалила я, попробовав кусочек сырника с импровизированным кремом.

Майя и Эми, как по команде, выдохнули. Тоже принялись уминать еду, что меня не могло не обрадовать. Аппетит у девочек никуда не подевался.

— Мам… слушай… А что будет с домом? – спросила Майя, когда доела первый сырник.

Эмилия тут же шикнула на сестру и пихнула её локтем. Но мне вопрос дочери не показался неуместным.

— Мы его продадим, я думаю, – ответила спокойно. – И купим новый в другом месте. Пусть поменьше, зато свой…

Куда Хлебников уже не станет таскать каких-то баб, которых впоследствии отоварит детьми.

— А эта квартира? – спросила Эмилия.

— Думаю, что папа оставит её нам.

Я пока не понимала, как именно станет себя вести Вениамин, этот разговор нам ещё предстояло провести. Но если он мне не соврал, и этот несчастный ребёнок Хлебникову был не нужен, у меня не имелось оснований считать, что муж захочет отобрать всё у собственных дочерей.

Хотя, как выяснилось, чужая душа была потёмками, пусть и считала я её долгие годы родной.

— Хорошо… Может, мы тогда поедем и заберём наши вещи? – вдруг предложила Эмилия. – Поможем тебе собраться, вывезем всё, а потом… помнишь отца Светки Антоновой? Он агент по недвижимости, очень хороший…

Я ухватилась за эти слова, потому что мне вдруг показалось, что дом превратился в огромную энергетическую яму, куда сливалась, как в унитаз, моя жизнь. Нужно было избавляться от него как можно скорее.