Книга Я родила от вашего мужа, страница 13 – Полина Рей

Я понимала, что берущие верх чувства не дали мне даже призрачного шанса на то, чтобы подбирать слова для своего повествования, но я попросту не могла иначе.

Какое-то время девочки смотрели на меня во все глаза. Затем на лице Эми появилось непримиримое выражение с нотками злости, и она, всплеснув руками, заявила:

— Я так и знала! Так и знала, что эта жизнь вдалеке от нас, которую ты поддерживала, приведёт к подобному!

Она так и знала? Я поддерживала? То есть, даже по мнению дочери виноватой стороной в данной истории являлась я?

— Мама, не нужно так на меня смотреть! – истерично выкрикнула Эмилия. – Я тебя ни в чём не виню!

— Тогда что это, по-твоему?

Я старалась говорить спокойно, но гнев, который взыграл внутри меня, словно пожар, вспыхнувший в иссушенном донельзя лесу, прорывался через мою сдержанность.

— Ты мне прямо сейчас открыто заявила, что это всё произошло при моём непосредственном участии, не так ли? Мол, именно я поддержала папу в том, чтобы он не только сходил налево, но и настругал там ребёнка?

Я не должна была срываться на тех, кто уж точно не являлся стороной конфликта. Да и не конфликт это был – то, что случилось у нас с Веней. А самый настоящий удар в спину.

И выливать свои ужасные эмоции на дочерей, что передо мною были беспомощны, я права не имела. Потому пришлось призвать на помощь выдержку, которой почти не осталось.

— Мама… это не так… – шепнула Майя, глядя на меня с ужасом. – Эми просто расстроена, как и я…

Лицо старшей дочери и впрямь искривилось, и как она ни старалась сдержаться, из глаз Эмилии хлынули слёзы.

Я подскочила к ней, обняла и прижала к себе её голову. Дочь закрыла лицо ладонями и сидела, рыдая, пока Майя быстро отирала бегущие по своим щекам дорожки слёз.

— Что же теперь будет, мама? – выдохнула она, когда Эми немного успокоилась.

Я покачала головой. Подробно ответить на этот вопрос не могла. У меня просто не имелось какого-то чёткого понимания по этому поводу.

— Пока мы с вашим папой ничего не обсудили. Всё было быстро и сумбурно. Но ясно одно: когда он приедет, я могу не удержаться и наговорить всякого. Даже грязи, от которой самой потом будет тошно…

Чмокнув Эми в макушку, я вновь отошла к своему месту и устроилась напротив дочерей. Они были такими напуганными… такими грустными…

— Нам с вашим отцом придется развестись. Я не приму его обратно после той двойной жизни, которую он вел. Считаю, что вам это нужно знать в первую очередь, потому что вы окажетесь наиболее пострадавшей стороной в случившемся.

Майя замотала головой. Она прикрыла глаза, как будто это простое действие могло помочь ей спрятаться от злой жуткой правды. Будто маленький ребёнок во время стихии, наивно полагающий, что если он зажмурится – то его не будет видно и опасность пройдёт стороной…

— Я не верю мама… не верю! Это же папа! Он так тебя любит… он так любит нас. А ты говоришь сейчас, что он упрашивал другую родить ему сына!

У меня тоже это в голове не укладывалось. Но то, что я видела и слышала лично, говорило мне прямо: всё правда. Хлебников жил второй семьёй с Алёной, а когда она родила – отказался от неё и Никиты. Но это, впрочем, меня уже совершенно не касалось.

Мы посидели в молчании какое-то время. Я не знала, что ещё присовокупить к сказанному. Рассказывать в подробностях обстоятельства прибытия Алёны и последующую историю с полицией и походом в дом гром-бабы смысла я не видела. Дочери всё услышат и так, когда приедет Веня…