Книга Мой бывший адвокат, страница 12 – Влада Одинцова

Встав, беру свою сумку. Врач берет чемоданчик с лекарствами, а фельдшер — меня под локоть, и наша процессия выходит из комнаты.

— Э, а куда? — спрашивает Марат, бросившись к нам.

— У девушки перитонит, — строго произносит врач.

— Пере… че? — спрашивает он.

— Перитонит! — добавляет она четче и громче. — Ей срочно нужна операция по удалению аппендицита. Не мешайте! Дайте фельдшеру пройти!

— Коля, — слышу голос Марата, — быстро подгони машину, я еду в больницу с Мартой Леонидовной.

— Мне не нужна нянька! — выкрикиваю.

Он игнорирует мои слова, и через несколько секунд я слышу:

— Григорий Викторович, Марте Леонидовне плохо. Ее по скорой в больницу забирают. Какой-то пере…

— Перитонит! Аппендицит! — раздраженно бросает врач.

— Аппендицит. Понял. Еду с ней. Да. Я наберу.

Я с ужасом думаю, как буду сбегать из больницы, если Марат последует за мной. А что, если он по дороге скажет Михайлову, куда меня повезут, и тот приедет раньше? Он же как муж, наверное, сможет зайти со мной в приемный покой. И тогда я точно не смогу сбежать.

— Не говорите ему, в какую больницу повезете меня, — прошу, когда Марат на улице запрыгивает в машину, а мы идем к карете скорой помощи.

— Какая больница? — спрашивает охранник, притормозив возле нас и опустив водительское окно.

Фельдшер с врачом переглядываются, а потом она отвечает:

— Я еще не знаю. Сейчас сядем в машину, буду обзванивать больницы. В какой есть свободный хирург, туда и повезем.

Наконец мы усаживаемся в карету скорой помощи, и фельдшер закрывает за нами дверцы. Я тут же набираю Диму.

— Ты уже на месте? — спрашивает он.

— Нет, только отъезжаем от дома. Но охранник мужа едет за нами.

— Черт! — ругается он. — Тогда пусть тебя заведут в приемный покой. Я попробую договориться с санитарами, чтобы охранника не пустили.

По дороге я плачу врачу с фельдшером. Они делают вид, что им неприятно брать деньги, но под предлогом оплаты за ложный вызов их совесть засыпает.

Я трясусь и постоянно выглядываю в окно. А врач и фельдшер посматривают на меня, видимо, гадая, что же такого произошло в моей семье. Всем всегда интересно заглянуть в замочную скважину дома богатых и знаменитых.

Мы заезжаем на территорию “Медеи”, и машина останавливается прямо рядом со входом в приемный покой. За ней сразу тормозит Марат. Врач с фельдшером выходят из кареты, а потом он помогает мне аккуратно спуститься, доигрывая спектакль с моим аппендицитом до конца.

— Вам нельзя сюда заезжать! — выкрикивает дородный санитар с крыльца. Прикуривает и, спустившись по ступенькам, направляется прямиком к машине Марата. Выезжай давай.

— Мне — можно! — твердо заявляет тот.

— Я сейчас полицию вызову! Выгоняй тачку! Для посетителей есть специальная парковка! Объезжаешь здание больницы, там паркуешься, а потом по тропинке идешь к приемному покою! Ты кто вообще? Тебе нужна помощь?

— Я сопровождающий для этой женщины, — кивает Марат в мою сторону.

— Муж?

— Нет.

— Родственник?

— Нет. Но я…

— Тогда ждешь, как все, в комнате ожидания.

— Слышь, мужик, я безопасник депутата Михайлова, — борзеющим тоном начинает Марат.

А дальше я его слов не слышу, потому что меня заводят в приемный покой.

Врач, которая меня привезла, быстро обрисовывает дежурному ситуацию. Тот недовольно кривится и хмурится, но кивает.