Книга (Не) чужие дети. Мама для близнецов, страница 23 – Кэти Свит

Благо, Ермолаев ответил на мой звонок и прислал контакты педиатра. Как хорошо, когда есть живущие поблизости друзья, всегда готовые прийти на помощь.

— Пребиотики обязательно! – акцентирует внимание на этом моменте. – Иначе потом придется кишечник лечить.

— Хорошо, – киваю. Делаю себе пометку, чтобы не забыть.

— Полоскать горло, соблюдать диету, – продолжает. – После пройденного лечения обязательно сдать анализ крови, мочи и сделать ЭКГ.

— Понятно, – уже представляю, сколько проблем будет связано с болезнью.

Мне же на работу нужно ходить! Ума не приложу, как с этим справиться.

По всей видимости, первое время придется таскать девчонок с собой.

— У детей строгий карантин, – отрезает врач, словно прочитав мои мысли.

— В смысле? – охреневаю. К такому повороту событий я совершенно не готов.

— Скарлатина – серьезное инфекционное заболевание, – принимается отчитывать меня. Давно я себя не чувствовал нашкодившим школьником. – Покой, отсутствие контактов с посторонними, диета и никакой физической активности.

— Как долго? – Мысли в голове разбегаются.

У меня сплошные суды, девочки еще не привыкли ни к дому, ни к моему ритму жизни. Я же не могу нанять няню на полный день и сплавить на нее своих больных дочерей.

— Двадцать один день. – От слов врача почва уходит из-под ног.

— Сколько? – переспрашиваю. – Вы не могли ошибиться в диагнозе? Этой болезни же уже давно нет!

— Ну как это нет, когда она есть? – показывает на Анечку. – У второй вашей дочки тоже ждите похожую симптоматику, – «радует» меня. – При ухудшении самочувствия в стационар.

— Даже так? – выдыхаю.

— Все очень серьезно, – печально поджимает губы врач.

— А взрослые? – К нам подходит Майя. – Если в детстве не болели, то сейчас заразятся? – задает животрепещущий вопрос.

— У взрослых скарлатина протекает не так, как у детей. Она идет с симптомами тонзиллита, – поясняет.

Слово для меня малознакомое, но я предпочитаю не вдаваться в углубленное изучение этого вопроса. Как будет свободное время, проверю в интернете.

— Если у вас ко мне вопросов больше нет, то я поехал, – начинает прощаться педиатр. – Пациенты ждут.

— Конечно-конечно, – сбрасываю странное оцепенение. Ловлю себя на мысли, что беспокоюсь за дочерей.

Перевожу врачу оговоренную сумму, провожаю за дверь и возвращаюсь в комнату. Там рядом с детской кроваткой сидит Майя.

— Уснула, – шепчет, поправляя на малышке одеяло. Поднимается. – Не буди ее. Пусть поспит.

Девушка выходит из комнаты, я иду следом.

— Спасибо, – благодарю ее. – Я не должен был накидываться на тебя на кухне, – признаю свою вину. Был не прав.

— Марк, это меньшее, о чем я сейчас беспокоюсь, – заверяет меня девушка. – Анечка заболела, Варечку, по словам доктора, ждет то же самое, у тебя работы невпроворот, – озвучивает основные проблемы. – Вот скажи, что будешь делать? – впивается в меня взглядом.

— Не знаю, – честно признаюсь. На душе тяжким грузом лежит ответственность за дочерей.

— Если хочешь, я могу остаться, – предлагает нерешительно. Сердце оживляется при ее словах.

— Правда? – спрашиваю с надеждой. – Ты готова остаться и ухаживать за больными детьми?

Смотрю на девушку уже совсем иным взглядом. Она так и не призналась, как именно мы познакомились, но это уже не важно.

Анечке и Варечке Майя понравилась. Девочки ее приняли. Я заметил это сразу и теперь очень рад предложению своей ночной гостьи.