Книга Без права на ошибку. Спасти свою дочь, страница 68 – Кэти Свит

— Мам, – Настя делает шаг в мою сторону. – Это Дима. Отец Тимоши.

— Отец? – недобро щурится женщина. – И где ж его носило столько времени?

— Кто отец? – в палату заходит мужчина в возрасте. Осматривает оценивающе меня, ухмыляется. – Этот что ль? – кивает на меня обращаясь к, судя по всему, своей супруге. – Чтобы стать отцом, нужно ребенком заниматься, – заявляет категорично. – А это не отец, он донор биоматериала. Больше никто!

— Папа, – Настя вспыхивает до корней волос. – Ну зачем ты так?

— Как? – спрашивает, выказывая свое полное неприятие ситуации. И меня в качестве отца.

— Сурово, – произносит Яковлева бросая в мою сторону виноватый взгляд. – Дима не знал, что у него есть сын. Он не виноват.

— Каждый несет ответственность за свою оплошность, – отрезает Яковлев-старший. – Он виноват ровно так же, как и ты. Детей делают не по одиночке.

В палате воцаряется гнетущая тишина.

— Прости, – шепчет Настя, пряча свое лицо у меня на груди.

— Все в порядке, – снова спешу ее успокоить.

В какой-то мере понимаю, что ее отец прав. Я тоже в ответе за то, что так нелепо случилось.

Меньше, блин, надо было пить в ту ночь.

— Вы правы, называть меня отцом преждевременно, – обращаюсь к сурово настроенному мужчине. – Но и смешивать с грязью я тоже не позволю. Ни себя, ни Настю. Мы – взрослые люди, и оба несем ответственность за свои поступки и решения. И только мы вправе разбирать мотивы и следствия от и до. Благодарю за помощь в воспитании моего сына, но если вы и дальше продолжите в том же духе, то это будет последний наш разговор.

Я не собираюсь прогибаться и чувствовать себя виноватым. Да, мы переспали. Да, я, судя по тому, что Настя забеременела, не предохранялся. Но это не повод смешивать кого-либо из нас с говном.

Случилось то, что случилось. Все. Это констатация факта.

Теперь осталось придумать, как жить дальше. И где.

Если я правильно понимаю, то Настина квартира не подлежит восстановлению, и ей после выписки из больницы банально будет некуда ехать. Жилья больше нет.

— А ты еще мне поуказывай, – не сдает своих позиций. Ох уж этот упертый Тимошин дед.

Мы либо найдем с ним общий язык и будем жить в мире и покое, либо до последних дней жизни продолжим враждовать. Последнего бы не хотелось… Он, как-никак, дед моего сына.

— Нас не представили, – резко меняю тему. – Дмитрий Владимирович Ланской, хирург. Лечащий врач Виктории и Тимофея. Отец Тимофея и тот, кто по чьей протекции будет организована защита вашей дочери в суде.

Протягиваю для пожатия руку.

Настя смотрит на меня с нескрываемым ужасом в глазах.

— Они про Вику ничего не знают, – шепчет.

— Защита в суде? – ахает ее мать. – Наша дочь что-то натворила?

Кажется, я сейчас сгорю со стыда.

Родители смотрят на меня исподлобья и не скрывают своего возмущения, по их взглядам видно, мне не будет ни малейшей пощады. Даже присутствие Димы не спасет.

Смотрю на Ланского с нескрываемым ужасом, только он в силах хоть как-то сейчас все разрешить. Я едва не молю его спасти меня от неминуемой участи быть растерзанной сотнями вопросов, на которые будут требовать ответы.

Но и сказать жесткое «нет» родителям я тоже не могу.

Как бы ни было, но они мне помогают с Тимошей, я буду просить их помочь мне с Викулей. Без их помощи не обойтись.