Книга Развод. Тебе не стоило меня злить, страница 41 – Лея Вестова

Он встал, запирая документы в сейф:

— Но если попытаются снова играть грязно, использовать связи, давить на суд — тогда узнают, что такое справедливое возмездие.

Домой я ехала в автобусе, прижимая к груди сумку с флешкой. Чувства были противоречивыми — с одной стороны, появилось ощущение защищённости, понимание того, что теперь у нас есть серьёзное оружие против Светловых. С другой стороны, мне было тревожно от осознания того, что приходится играть по их правилам, использовать их же методы.

Утро суда по разделу имущества и взысканию алиментов началось с дождя. Я стояла у окна, попивая кофе и наблюдая, как капли стекают по стеклу. Сегодня будет поставлена финальная точка в финансовых отношениях со Светловыми.

Алина ещё спала, свернувшись калачиком рядом с котёнком Пушком. На тумбочке лежал её рисунок — наша семья: я, она, кот и почему-то радуга над домом. «Мама, это наше новое счастье», — объяснила она вчера. Дети чувствуют такие вещи интуитивно.

В кармане пиджака лежала флешка от Савельева. Маленький пластиковый носитель, содержащий информацию, способную разрушить империю Светловых. Я несколько раз проверяла — на месте ли она. Надеялась, что не понадобится, но была готова использовать, если они перейдут все границы.

Телефон зазвонил в половине седьмого. Мария.

— Лен, удачи тебе сегодня, — её голос звучал ободряюще. — Помни — что бы ни случилось, у тебя есть новая жизнь, новое дело. Они больше не могут тебя сломать.

— Спасибо, — искренне ответила я. — Это много значит.

— А ещё у меня новости. Вчера звонил потенциальный клиент — сеть супермаркетов. Хотят встретиться на следующей неделе. Видишь? Жизнь продолжается.

После разговора настроение улучшилось. Мария права — что бы ни произошло в суде, у меня есть будущее. Есть планы, перспективы, люди, которые верят в меня.

Алина проснулась в семь утра, как обычно — энергичная и разговорчивая. Она завтракала, болтая о вчерашней прогулке с котёнком, о том, как Пушок научился лазить по занавескам. Я слушала её щебетание и думала о том, что всё это — обычное утро, привычные заботы — стоит любой борьбы.

— Мама, а ты сегодня красивая, — заметила дочка, разглядывая мой строгий костюм. — Как принцесса, только серьёзная.

— Это потому что у мамы сегодня важная встреча.

— А потом мы будем богатыми?

Я рассмеялась, целуя её в макушку:

— Потом мы будем счастливыми. А это дороже любых денег.

В детский сад мы шли пешком — до суда оставалось два часа, а торопиться было некуда. Алина собирала по дороге жёлтые листья и говорила, что расскажет воспитательнице Ольге Петровне про котёнка и новые игрушки. Обычная жизнь обычного ребёнка, которого не касаются взрослые проблемы.

— Удачи вам сегодня, — тихо сказала воспитательница, когда дочка убежала в группу. — Мы все за вас болеем.

В здании суда меня ждал Савельев. Он выглядел собранно и уверенно, с аккуратно разложенными документами в портфеле.

— Как настроение? — спросил он, когда мы поднимались по лестнице.

— Боевое, — ответила я и удивилась, что это правда. Месяцы унижений и страхов закалили меня. Теперь я была готова отстаивать свои права до конца.

Зал суда заполнялся медленно. Зотов появился первым — всё такой же самоуверенный, с дорогим портфелем и надменным выражением лица. За ним пришёл Костя, выглядевший нервно и растерянно. И наконец, величественно, словно королева, вошла Людмила Викторовна.