Книга Мажор и толстушка. Зарифмуем любовь, страница 27 – Лера Золотая

— Игорь? — выдыхаю я, наклоняясь ближе. — Ты меня слышишь?

Захаров медленно открывает глаза, фокусирует взгляд на мне. На бледном лице появляется слабая улыбка.

— Ника… — хрипло произносит он. — Ты здесь.

— Конечно, я здесь, — вытираю слезы. — Я никуда не уйду.

Я отступаю от кровати, потому что палату заполняют люди в белых халатах, которые измеряют давление, светят Игорю в глаза какими-то фонариками, щупаю пульс. А я чувствую, как с моих плеч сваливается груз этих бесконечных трех дней.

— Господи, неужели все закончилось, — шепчу я, когда мы остаемся одни. — Ты меня больше так не пугай.

— Ну и зачем тебе бедный, безработный инвалид? — Игорь держит меня за руку и смотрит в глаза.

— Дурак ты, Захаров, — усмехаюсь я. — Какой же ты дурак.

Именно в этот момент распахивается дверь и на пороге появляется высокий, импозантный мужчина в дорогом костюме.

— Ты здесь откуда? — недовольно спрашивает Игорь, сжимая мою руку сильнее.

— Вот пришел тебя проведать, — мужчина проходит в палату, бросая взгляд на наши переплетенные руки. — Спасибо Артёму, — сообщил. Ты совсем с ума сошел? Совсем головой не думаешь?

— Давай ты не будешь изображать обеспокоенного родителя, — тихо говорит Игорь.

Я вздрагиваю, понимая, что передо мной стоит Захаров-старший.

— Может, представишь нас? — я вижу, что мужчина нервничает, потому что у него слегка подергивается щека.

Он сверлит меня взглядом. И мне хочется стать невидимой. Я и так не красавица, а сейчас просто пугало. Три дня немытые волосы торчат в разные стороны, темные круги под глазами, осунувшееся лицо. Короче, та еще красотка.

— Борис Петрович, — он протягивает мне руку, понимая, что Игорь совсем не собирается нас знакомить.

— Ника, — тихо говорю я и отвечаю на мягкое рукопожатие.

— Так вот она какая, твоя Ника, — тихо говорит отец Игоря.

Я встаю, сглатываю:

— Я… Я сейчас уйду.

— Никуда ты не пойдешь, — Игорь перехватывает мою руку. — Если ему что-то не нравится, пусть сам уходит.

— Не надо напрягаться, сынок, — он поднимает руку. — Я увидел все, что мне нужно.

Борис Петрович подходит ближе и смотрит на сына:

— Ты действительно ее любишь?

— Да, — Игорь говорит с вызовом, несмотря на слабость. — И всегда буду любить.

Отец долго молчит, потом кивает:

— Что ж… Видимо, мне пора научиться принимать твои решения.

Неделю спустя

— Ну что, молодежь, — Борис Петрович появляется на пороге палаты, когда мы с Игорем прощаемся с лечащим врачом, который продолжает давать нам указания, что нужно делать, чтобы быстрее восстановиться. — Предлагаю ехать домой.

— Пап, мы уже квартиру сняли, — Игорь обнимает меня за плечи. — Так что спасибо за предложение.

— А я думал, что дома и стены помогают, — вздыхает мужчина. — Вам и комнату уже оборудовали побольше.

— В смысле нам? — Игорь удивленно приподнимает брови.

— Конечно, вам, — улыбается Борис Петрович. — Я уже понял, что Ника очень положительно на тебя влияет. Ты заметил, что за эту неделю мы с тобой ни разу не поругались?

Мои щеки вспыхивают от такой похвалы.

— Ну, спасибо, пап. Ты как думаешь? — Игорь смотрит на меня, сжимая руку. — Мы принимаем твое предложение, — отвечает он отцу, после того как я утвердительно киваю головой.