Книга Мажор и толстушка. Зарифмуем любовь, страница 19 – Лера Золотая

А что, если Ленка права? Что, если Игорь действительно заинтересовался мной?

Я вспоминаю его взгляд — тот, что был на балконе, когда он шептал мне слова поддержки. Его руки, такие бережные, его голос, такой искренний…

Закрываю глаза и представляю, как завтра он позвонит, или я позвоню. Он же сам просил звонить. Мне даже не верится, что я могу ему позвонить САМА. Представляю, как мы встретимся. Как я смогу, наконец, поверить, что достойна чего-то большего.

И впервые за долгое время засыпаю с улыбкой на губах, а в груди теплится надежда — робкая, но такая живая.

Игорь

Я закрываю за собой дверь и на мгновение замираю в холле, который сейчас больше похож на поле боя. В доме грохочет музыка, смех, голоса. Вечеринка в самом разгаре. Никто и не заметил моего отсутствия. Еще полчаса назад я был частью этого веселья, а теперь все кажется фальшивым, пустым, ненужным. Запах алкоголя, сигаретного дыма, приторных духов девчонок — все это вдруг начинает раздражать до зубного скрежета.

Прохожу в гостиную и оглядываюсь по сторонам. Кто-то пытается сунуть мне в руку стакан с виски, кто-то кричит что-то про караоке, но я лишь отмахиваюсь. Взгляд невольно скользит к балкону — туда, где совсем недавно мы стояли с Никой. Где я впервые испытал что-то незнакомое для себя.

— О, наш герой вернулся! — раздается за спиной голос Артёма. Он уже прилично навеселе, подходит, покачиваясь. Друг панибратски хлопает меня по плечу. — Ну что, дружище, рассказывай: как там твоя девушка... plus-size?

Внутри все сжимается от злости. Я медленно поворачиваюсь к нему:

— Ее зовут Никой, если ты забыл.

— Да ладно тебе, — он ухмыляется. — Ты же раньше сам говорил, что хочешь ее приручить, а потом кинуть. Или планы изменились? Что она еще не ест из твоих рук? Ты же никогда не любил толстых телок.

Я стискиваю зубы. Да, было. Было, черт возьми. Но это было до. До того, как она доверилась мне. До того, как стала моей.

— Времена меняются, — цежу я сквозь зубы. — И вкусы тоже.

— Да брось, — Артём понижает голос. — Ты что, серьезно? Эта баба — не твой уровень, Игорёк. Ты же Захаров, будущий наследник холдинга. А она… ну сама понимаешь.

— Я все прекрасно понимаю, — отрезаю я. — И если ты еще раз скажешь о ней что-то подобное, мы перестанем быть друзьями. Понял?

Артём на секунду теряет дар речи, потом хмурится:

— Ты что, с дуба рухнул? Мы же с практически пеленок вместе!

— Вот именно, — я разворачиваюсь, чтобы уйти, но он хватает меня за рукав.

— Ты понимаешь, что будет, если об этом узнает твой отец… — шепчет он. — Он же тебя в порошок сотрет. Ты же знаешь, какие у него планы на твое будущее.

Я резко сбрасываю его руку:

— Меня это не волнует, и тебя тоже это не должно волновать.

Разворачиваюсь и иду к бару, но не успеваю сделать и пары шагов, как чувствую чьи-то руки у себя на талии.

— Игорёчек, — мурлычет Виолетта, прижимаясь ко мне грудью. — А я тебя ищу-ищу…

Она пьяна, макияж размазался, но все равно пытается изобразить соблазнительную улыбку. Мы встречались пару месяцев, но сейчас кажется, что это было так давно. Виолетта была из «правильной» семьи, одобренной отцом, — но быстро надоела своей предсказуемостью и вечным желанием показать, кто тут главная.

— Отстань, Виолетта, — я пытаюсь отстраниться, но она цепляется еще сильнее.