Книга Бывшие. Любовь с осложнениями, страница 45 – Саяна Горская

Я чувствую себя выжатой, опустошённой.

В груди всё ещё ноет. Сердце стучит медленно и с оттяжкой, будто каждое сокращение даётся ему с трудом.

Захожу в квартиру, бросаю сумку у порога, там же кидаю пальто.

Плетусь на кухню. В холодильнике почти стерильно. Только засохший сыр и пара жухлых яблок.

Закрываю дверцу, открываю телефон, быстро накидываю продуктов в доставку.

В ванной включаю горячий душ, раздеваюсь и встаю под тугие струи воды. Меня знобит. Внутри всё ломит, но тепло воды постепенно возвращает ощущения в тело. Голову немного проясняет, но внутри остаётся всё то же опустошение.

Закрываю глаза.

Опереться бы сейчас на кого-то. Чтобы просто постоять вот так, в тепле, и не чувствовать себя такой хрупкой и такой разбитой.

Резкий звук дверного звонка выдёргивает меня из этих мыслей.

Я моргаю.

Курьер?

Быстро они…

Выключаю воду, быстро заворачиваюсь в полотенце, завязывая узел на груди. По дороге к двери стряхиваю капли с волос. Открываю, не глядя.

Но это не курьер.

— Богдан?

Он стоит прямо передо мной, мокрый от дождя. Тяжело дышит. Взгляд тёмный, наполненный чем-то необъяснимым.

Он входит резко, словно ему приходится прилагать усилия, чтобы прорваться сквозь воздух. Он захлопывает дверь за собой, а в следующую секунду его губы накрывают мои.

Я не успеваю даже сделать вход…

Он целует меня жадно, жёстко, сметая все преграды. Его руки обхватывают мою талию, пальцы впиваются во влажную кожу.

Я чувствую, как он дрожит. Не от холода — от чего-то другого.

Я тоже дрожу.

Горячее тело Богдана прижимает меня к стене, а я — позволяю, потому что нет ни единой причины, по которой я могла бы оттолкнуть его сейчас…

Женя.

Губы Богдана горячие, жадные, напористые.

Я забываю, как дышать.

Всё, что существует сейчас — это его руки, его тепло, его тяжёлое дыхание у моего виска. Пальцы сжимают мою талию, ладони скользят по спине, оставляя за собой огненные, обжигающие следы.

Полотенце падает. Оно летит вниз, я — наверх.

Эти тягучие мгновения кажутся мне нереальными, ведь даже в самых смелых своих фантазиях я не смела мечтать о том, что это может стать реальностью.

По коже пробегает прохладный воздух, а следом — желание, сметающее всё на своём пути.

Я тянусь к Богдану, зарываюсь пальцами в его волосы, прижимаюсь ближе, крепче, будто хочу впитать в себя, раствориться в нём полностью. Богдан крепче сжимает меня в руках, поднимая над полом, и я буквально теряю почву под ногами.

— Богдан…

— Помолчи, помолчи, — хрипло шепчет мне в губы. — Три года я засыпал и просыпался с мыслями о том, как целую тебя вновь.

И вся моя оставшаяся адекватность, махнув белым флагом, капитулирует.

Как тут устоять, после таких признаний?

В дверь звонят.

Мы вздрагиваем синхронно, разрывая поцелуй.

Богдан резко распрямляется, будто его выдернули обратно в реальность, и моргает, тяжело дыша. Ставит меня на пол.

— Ждёшь гостей?

— Это… это доставка.

Он тяжело вздыхает со стоном, проводит рукой по лицу. Поднимает с пола полотенце и быстро натягивает его на меня.

— Убегай.

Я киваю, поспешно заворачиваюсь в свою хлипенькую броню и скрываюсь в спальне.

Из-за двери слышу, как щёлкает замок, как раздаётся голос Богдана — низкий, спокойный, совершенно не похожий на тот, что был минуту назад. Потом шуршание пакетов, шаги.