Книга Чудов в Новый год, страница 56 – Кэти Свит

— Ты до сих пор здесь? — Андрюха напирает на Илону, с агрессией теснит ее к стене, обращается, не скрывая ненависти.

— Естественно! — гордо задирает нос. — Здесь мой муж! — на эмоциях топает ногой, говорит с вызовом.

Капец, конечно.

— Тише ты. Рот закрой! — шикаю на нее. — Ребенка разбудишь. Не понимаешь?

— Да плевать мне на него! — намеренно начинает громче говорить. И тут у меня срывает крышу.

Не выдерживаю. Резко хватаю Илону за локоть, с силой тащу за собой в коридор и выталкиваю на улицу. Выхожу следом.

— Смотри! — разворачиваю ее так, чтобы было видно сгоревший дом. — Смотри, что ты наделала!

— Мне больно! Пусти! — истерит. — Это ты во всем виноват! Ты меня вынудил!

— Я?! — охреневаю еще сильнее. — Ты в своем уме? М? Давно у психиатра проверялась?

Встряхиваю Илону несколько раз, от шока она широко открывает глаза.

— Отпусти меня, придурок! Я побои сниму! Я на тебя в суд подам! — кричит. У нее начинается настоящая истерика.

— У тебя свидетели есть? — вдруг за моей спиной раздается женский голос.

Разворачиваюсь и просто теряю дар речи. На пороге дома стоит Вера и, не скрывая злости, смотрит на Илону.

— Тебе никто не поверит, — чеканит каждое слово. — У тебя нет свидетелей, нет побоев, а если ты даже что-то решишь с собой сделать, так у Ромы алиби есть! Он был со мной и я это подтвержу! Каждое его слово!

— Тише, тише, тигрица моя, — прижимаю ее к себе. — Не надо волноваться. Я разберусь. Верь мне.

Пауза.

Взгляд глаза в глаза.

— Верю, — тихое и такое ценное.

Беру свою женщину за руку и разворачиваюсь к Илоне.

— Убирайся отсюда, — зло чеканю каждое слово. — Никогда больше не приближайся ни ко мне, ни к Вере. Понятно? Иначе всю ответственность за пожар, весь ущерб, все расходы на восстановление я запишу на тебя и ты будешь отвечать по полной!

— Нет! — ахает, округляя глаза. — Чудов, ты этого не сделаешь!

— Хочешь проверить? — не свожу с нее суровый взгляд.

Илона понимает всю серьезность моих намерений, бледнеет. Делает шаг назад и натыкается на широкую грудь Лебедева.

— А вот ты и попалась, — хищно ухмыляется тот и хватает Илону за руку. — Идем, поговорим.

— Нет! Нет! — кричит она. — Никуда я с тобой не поеду.

— Значит, пешком пойдем, — произносит Андрюха и скалится. Очень не добро.

Он хватает Илону, но та упирается и с мольбой в глазах смотрит на меня.

— Не отдавай меня! — вырывается. — Не отдавай!

— Андрюх, — смотрю на Лебедева.

Он совершенно серьезен и собран, контролирует себя от и до. И явно намерен с Илоной разобраться.

Лебедев, конечно, суровый мужик, но женщину и пальцем не тронет. Даже такую тварь, как моя пока еще законная жена. А вот за свою семью он любого уничтожит.

И это не шутки.

— Держи, — протягиваю Илоне связку ключей от нашей квартиры. — У тебя неделя на сборы.

— Как неделя? Ты совсем сдурел? Это и моя квартира тоже! — начинает доказывать то, в чем не разбирается. — Все, что нажито в браке принадлежит обоим!

— Если у вас нет брачного договора, — с ехидством подмечает Бессонов.

— Илона, еще одно слово и до квартиры по морозу ты пойдешь пешком, — произношу сурово. — Андрей — твой единственный шанс добраться до города, — констатирую факт. — Будь ему благодарна за это.

Илона произносит что-то нечленораздельное, но у меня нет ни малейшего желания разбираться в ее словах.