Книга Новый год: Доставка до двери, страница 36 – Ашира Хаан

— Ты решил на Новый год отступить от своих правил и привез не сбалансированный по белкам, жирам и углеводам правильный новогодний ужин, а… разврат какой-то? — первым делом предъявляю претензии.

— Творческим людям нужна вкусная, а не полезная еда, — совершенно серьезно и даже с назидательными нотками в голосе сообщает Федор, наклоняясь ко мне, чтобы поцеловать.

Я уже рассчитываю на продолжение, но он преступно быстро отрывается от меня, чтобы подхватить все коробки и пакеты, которые я бросила в прихожей и оттащить их на кухню.

— Ты теперь планируешь разработать специальный рацион для творческих личностей? — подкалываю я.

К моему ужасу, он замирает на пороге кухни и так глубоко задумывается, что брови соединяются на переносице, окончательно придавив бедную складочку.

— Эй, я пошутила!

— Нет, знаешь… Это мысль.

Он поворачивается ко мне и замирает.

И я замираю, глядя снизу вверх в его потря

Замерли глядя друг на друга. Не в силах оторваться.

Его теплые карие глаза разжигают во мне обжигающий огонь, дышать становится все труднее и труднее, будто мы находимся в эпицентре пожара, и кислород уже выгорел абсолютно весь.

— Пойдем… накрывать на стол, — хрипло говорит Федор и откашливается. — А то пропустим новый год…

— А новый год никак нельзя пропустить! — закатываю я глаза.

Что за слишком правильный мужчина! За что мне это?

Федор даже не дает мне приблизиться к столу.

Во-первых, он занимаетр собой три четверти кухни, а оставшуюся четверть занимают роскошные яства.

Во-вторых, он так ловко и технично сервировал угощение, что мне оставалось только завистливо вздыхать.

Ах да, он же рос буквально в ресторане.

Поэтому выставленное на стол все лучшее сразу — и стерлядь, и утку, и рульку, и закуски, и салаты, — не смотрится нелепым нагромождением блюд, а выглядит гармонично.

Из всех видов шампанского попасть к нам на стол удостоились всего три.

Я наблюдаю за ним с тайной улыбкой. Сейчас он совсем не похож на того сурового курьера-педанта, что распекал меня за отсутствие номера на двери.

И не похож на грустного владельца «Панамеры» и большого бизнеса, попавшегося на обмане.

И даже не похож на офигенно горячего и страстного наглеца, которым предстал после того, как я его поцеловала.

Что-то изменилось. Очень сильно изменилось.

Он мягче и одновременно сильнее.

Увереннее — и нежнее.

Внутри него светится что-то теплое, и он иногда будто прислушивается к себе и почти улыбается, ощущая отклик света.

Такой Федор мне нравится больше всего.

Даже больше того, что так строго командовал мной на этой кухне всего пару дней назад.

До Нового Года остается совсем немного времени, и я убегаю навести последние штрихи на свой праздничный образ. Федор тем временем налаживает нам связь с реальностью. Я совсем забыла, что телевизор сломался еще летом и на куранты нам смотреть не на чем.

Он посмотрел на меня с упреком, я похлопала ресницами — и мы решили обойтись онлайн-трансляцией.

Возвращаюсь как раз к моменту, когда Федя открывает шампанское.

Разливаем его по бокалам, склоняемся друг к другу — и снова замираем, ошеломленные той магнетической тягой, которая не дает просто дышать.

Под последний, двенадцатый удар, мы забываем даже чокнуться бокалами, так торопимся наконец поцеловаться.