Онлайн книга «Белокурый. Король холмов»
|
— А за графиню де Трай ты, сукин сын, заплатишь мне отдельно, — процедил кузен Джейми сквозь зубы. — Как будет угодно моему государю, — легко согласился кузен Патрик, — но тогда уж и тестю вчините иск, ибо эта маленькая развратница развлекала всех нас троих. Или вас только со мной удручает делить любовницу, сир? — и поддел кузена Джейми. — Или происхождением я ниже Валуа? — Ты надменностью выше любого из королей, Хепберн, — отвечал потрясенный его наглостью Джеймс. — Не знаю, что мне мешает тебя повесить… — То, что вы хотите меня, сир. И следом за этой убийственной фразой Босуэлл улыбнулся. То была улыбка жесткая и одновременно очень притягательная. Тремя словами вывернул наизнанку сердце Стюарта — Джеймс хватанул воздух ртом, побелел, покраснел, закусил губу… флейтисты сбились с темпа, слуги подскочили на месте от лютого вопля: — Пошел вон отсюда, разбойничье отродье! И не попадайся мне на глаза, если не хочешь лишиться головы! Арран и Финнарт переглянулись, Аргайл улыбался, Битон стремительно шагнул к креслу короля. Патрик Хепберн поднялся из-за стола, поклонился и покинул королевские комнаты в превосходном расположении духа — срезать Джеймса Стюарта было ощущением что надо. Завтра же король пришлет за кузеном, истосковавшись, но знать о себе правду — нет, это не вредило еще никому. 77 Но пока жених сговаривался с Франциском о приданом и вдовьей доле Мадлен, обо всех тех практических сторонах дела, без коих брачевание попросту невозможно, Джеймс Стюарт по-прежнему вращался в том же темном и тесном мирке постельных интриг и сплетен, среди тех же имен и тел. Босуэлла он и впрямь вновь приблизил — не прошло и недели — а там на придворном празднестве в садах Шенонсо привела судьба опять столкнуться с графиней де Трай, которая временно возлюбила добродетель и держалась подальше от шотландского короля и его кузена, восполняя телесный голод общением исключительно с государем своей страны. Окруженная подругами и поклонниками, мадам де Трай, перешучиваясь и злословя, поздним вечером прогуливалась по аллеям, ловко и незаметно принимая записочки воздыхателей, марая подол платья влажной травой, когда в сумраке перед ней возникли сразу оба ее бывших любовника — и небольшая свита приближенных Стюарта. При виде горских цветных тартанов сердце пылкой графини чуть защемило, и, стараясь не глядеть на лорда-адмирала, она исполнила для Джеймса почтительный, церемонный реверанс. Элеонора была сейчас так хороша собой и свежа, что заскучавший по ней и почти простивший ее король жалел сейчас только об одном: что не может вернуть ее к себе в постель, не став смешным в глазах старинного соратника и соперника. Джеймс взял женщину за подбородок, спросил с ехидцей: — Ну, милочка моя, теперь, когда вы отведали Стюарта и пол-Стюарта, — он косо взглянул на Босуэлла, — расскажите нам, кто вам угодил больше? Этот вопрос давно волнует моих придворных дам, а нам с графом ранее как-то не приходилось засевать одно и то же поле в очередь… Вопрос был в точку. Скажет правду — оскорбит монарха, солжет — унизит сердечного друга. Но если Джеймс желал смутить прекрасную графиню, вызвав на вольный разговор при публике, то жестоко ошибся. Ресницы мадам де Трай вспорхнули и медленно опустились, темный взгляд опалил шотландского короля, затем она скромно потупила взор. И молвила: |