Книга Младший сын, страница 167 – Илона Якимова

Симса, между тем, не нашли. Как не нашли и сотни крон, стащенных из комнаты Патрика, видать, ровно в Пасхальную службу.

— Спасибо, что взял деньгами, — Патрик деловито перекрестился, хотя обращался явно к нечистому. — Вот же крысиный ублюдок! А ты говоришь — два раза по десять, больше не берет…

— Так потому и взял, что не собирался уже возвращаться. Где его искать теперь?

— Кто ж знает? Предупредил эту дрянь кто-то из тех, кто ездил за ним.

— У него и у самого чутье отменное. Такого оставишь за спиной, Патрик, мало не покажется. И за сына, который племянник, он нам теперь кровничек.

— Да я понимаю. Ребят разошлю, чтоб поспрошали. Туточки, в Хаиук, на Спорные земли.

— Если не спугнут, то предупредят.

— Не станут. За те деньги, что я им пообещаю за Симса, они мне Иисуса Христа заново приведут, чтоб распять. Да вон к Керру пошлю нарочного, чтоб и он объявил награду, как лорд-хранитель Марки. Никуда Симс не денется. Рано или поздно всплывет, голубчик, по Лидделу брюхом кверху.

Но, кроме беглеца, надо было решить с оставшимися. Кроу, Тернбулл, Мэттьюс — все они ходили в приятелях у Свиного уха. Джок Кувалда и впрямь собрал вещички да и покинул Караульню, решив обойтись безо всякой рекомендации. Кто из столпов пошатнется следующим, оказав неповиновение мастеру Хейлсу? Ощущали мы себя неуютно — захоти свора поднять бунт, они бы провернули это мигом. Спасло то, что и в самой своре пошли разброд и шатания. Патрик Хепберн показал клыки и был признан годным лэрдом, кроме-то его талантов рейдерского капитана. Живучий, хваткий, чутьистый, он был прирожденным вожаком, хотя граф из него получился бы препоганый, в сравнении с Адамом-то, но кто из нас был хорош в сравнении с Адамом?

На другой день после казни младшего Литтла к мастеру Хейлсу подошел Том Тупица и внезапно вывалил:

— Кошеля он завалил, это правда. Хоть и не своими руками.

Жесткая складка залегла между бровей старшего, он так и впился взглядом в рейдера, но Тупица был на вид прозрачен, как стеклышко в соборном витраже.

— Почему не сказал сразу?

Том, казалось, вопросом был удивлен:

— Ну… глазам не поверил. Гилли-то я сколько лет знаю, может, примерещилось.

— Мне зато не примерещилось в бок арбалетный болт получить, — проскрежетал Патрик, — сукины дети. Хорошо. Того, кто расскажет, как было — помилую. Но даже дыхнете вдругорядь помимо моего позволения — отдам палачу, как его вот.

Кивнул на стену, где череп Гилберта щерился в жуткой усмешке.

— Потому что нет вам больше доверия, дети мои… и пощады от меня за подобное более никто никогда не узнает!

И тогда, после угрозы и казни, не после милости, они пошли косяком.

Кто-то слыхал, как по осени цапались Роберт Кошель и Симс Свиное ухо, но все заслонила громада Флоддена. Кто-то удивился, что болты прилетели Патрику и Роберту с разных сторон, и да, тот, что задел Патрика, прилетел изнутри своры. Кто-то видал, как Симс туда-сюда таскал расходные книги, шмыгал по комнатам господ. Но никто не придал этому значения, дело-то хозяйское, кастелян ведь.

Патрик каждому задавал один и тот же вопрос:

— А чего сразу не сказал-то?

И получал ответ, в разных формах гласивший:

— А вы, ваша милость, приедете и уедете, а Симс ведь останется. Ну, и я останусь, и зачем мне такое. А теперь нет ни его, ни Гилберта, можно и сказать.