Книга Посланница ветра, страница 101 – Алла Касперович

— Рот закрой, а то птичка залетит, — сказал только что проснувшийся фамильяр. Он сладко потягивался и блаженно улыбался.

— Кузьмяк!

Я сгребла котенка в охапку и крепко прижала его к своей груди. Наверное, я слегка переборщила, потому что фамильяр сдавленно пискнул и уперся в меня лапками.

— Эй! Осторожнее, пожалуйста! Я, между прочим, много сил потерял, спасая тебя. А ты, похоже, меня придушить вздумала! И где, спрашивается, твоя благодарность?

— Прости-прости!

Я ослабила хватку, но из рук котенка не выпустила. Да тот больше и не возражал. Я гладила его, а он довольно урчал. Такая идиллия у нас случалась не очень часто.

— Кузьмяк, а откуда взялась рубаха?

— Какая?

— Та, что сейчас на мне.

— Это Рэй притащил. Твоя ж одежда вся в вещь-мешке.

Так, с этим разобрались, но остался еще один вопрос. Более щепетильный. Я скрестила пальцы.

— Это… А кто меня переодел?

— Рэй с Айри. Они к тебе никого не подпускали. Даже целителя. Когда тот попытался поставить тебе пиявки, наш громила схватил его за шиворот и выкинул за дверь, запретив тому здесь впредь появляться. Больше я его не видел.

Представив все это, я расхохоталась. Кузьмяк пытался сдержаться, но вскоре присоединился ко мне. Наверное, слишком громко смеялись, потому что к нам снова заглянуло то эфемерное создание. Девушка улыбнулась, кивнула и упорхнула дальше по своим делам.

— Что это было?

— Это? Помощница лекаря. Часто сюда заглядывает. Да и не только она. Весь женский коллектив слетелся в нашу палату как дети на торт.

— С чего бы это? На тебя что ли позарились?

— Эх, если бы! — вздохнул котенок, закатывая глаза. — Это они так на твоего красавчика среагировали. Можно подумать, у них тут вдруг март в июле начался. Прямо как кошки, право слово.

— Какого такого красавчика? И почему моего?

— Рэя, конечно. А чей же он еще, если не твой?

— Свой собственный.

— Ну, как скажешь. Как скажешь.

Кузьмяк оказался прав. Буквально каждые десять минут к нам кто-нибудь да заглядывал. Это уже начинало надоедать. Часа через два вернулся Рэй, неся в руках корзинку свежих фруктов и еще кое-какую снедь. Я с трудом сдерживала свое раздражение. Столпившиеся у дверей дамочки меня порядком выводили из себя.

— Рэй, ты не мог бы что-нибудь сделать со своими поклонницами? — сквозь зубы процедила я. — А то я как-то смущаюсь.

— И я, — поддакнул Кузьмяк. Вот же подхалим, но на этот раз я была ему благодарна.

— Какие поклонницы? — удивился мой друг. — Разве они все не твои подруги?

— Нет.

— Но… Тогда… Не понимаю.

Всю злость как рукой сняло. Иногда мне казалось, что это я его на семь лет старше, а не наоборот. Рэй ведь искренне не понимал, что может кому-то нравиться как мужчина.

— Рэй, — мягко сказала я, взяв за руку присевшего рядом друга. — Поверь, ты очень привлекателен. Тебе не нужно стесняться своих шрамов. Многие считают, что они добавляют мужественности.

Наемник кивнул, но по его глазам я поняла, что он мне не поверил. Я по личному опыту знала, что с такой проблемой могут помочь справиться только посторонние люди. Обычно слова близких и родных воспринимаются как утешения, а не правда. Я очень долго комплексовала из-за своей детской внешности. И сколько бы Вэр и Наставница меня не убеждали, что я прекрасно выгляжу, а мое детское личико — это мое чуть ли не главное преимущество, я им не верила. Пока в один холодный и дождливый день какой-то менестрель не посвятил мне целую балладу. Я, конечно, понимала, что он был вусмерть пьян, однако его слова «прекраснее девы я в жизни не встречал» запали мне в душу. Поэтому я прекрасно знала, что мои слова на Рэя не подействуют. Ладно, сейчас не время и не место заниматься устранением комплексов неполноценности у детей-переростков.