Книга Магические будни интровертки, страница 51 – Алла Касперович

— Мыши.

— Какие мыши? — встрепенулся кот и испуганно уставился на меня.

— Которых ты наловишь.

— Не надо никаких мышей! — Выглядело так, будто кошак вот-вот хлопнется в обморок.

— Ну, если не надо, то пойдём добывать завтрак где-нибудь в другом месте. Не думаю, что это хорошая идея завтракать квасом или медовухой.

— У нас ещё мука есть, соль и сахар. Можно блинчики сделать. На молочке́ вкуснее, но и так неплохо, — заметил он.

Я прислушалась к себе, но беспамятство даже близко не подходило. А вызывать его я не умела, как и готовить блинчики.

— Не вариант. Пойдёшь со мной в деревню?

Кот глянул на остатки входной двери, сделал в уме какие-то вычисления и объявил:

— Я пойду с тобой, Насть! — А потом внезапно сник: — А если я опять лужу сделаю? Смеяться все будут…

— Не будут, — хмыкнула я, потому что вот на этот раз уловила знакомое помутнение. Сейчас мы будем кого-то лечить!

Я оказалась права. Когда я очнулась, кот уже вовсю лакал свеженький отвар из семи трав.

— Из восьми, — поправил меня Боюн, вылизываясь. — Ты, Насть, в этот раз ещё одну добавила.

— Да? Ну, наверное, так надо…

— Ты сказала, что так надёжнее будет. А в прошлый раз ты немного недоцен… недуцен… недом… Тьфу! Язык сломать можно. В прошлый раз ты думала, что и семи хватит.

— Я думала? Ну, ладно…

Хм, не припомню, чтобы я задумывалась, кто или что именно всё делает, когда беспамятство меня накрывает. Или задумывалась? Или нет? Или же…

— Ай!

— Настенька, что, опять голова? — разволновался кот и забегал вокруг меня.

— Угу, — кивнула я. Вот почему я сама себя вылечить не могу? С ранками же получилось, так почему здесь ничего не выходит?

— Настька, а пойдём на завтрак к Тору? — внимательно вглядываясь в моё лицо, предложил кошак.

— Можно, — улыбнулась я. Голова ещё побаливала, но стало лучше.

— Василису проведаем…

— Ай! — Да что ж такое-то! Аж плакать от боли хотелось. Да ну этот завтрак! На кроватку бы.

— Пойдём в деревню, — со вздохом заключил Боюн. — Там что-нибудь перекусим.

И странным образом боль ушла, однако я чувствовала, что она притаилась и только и ждала повода, чтобы вновь выбраться.

Оставлять дом без присмотра было немного боязно, но я понадеялась на репутацию и важность Травницы. Не будет же никто покушаться на имущество того, от кого зависит, так сказать, здоровье этого мира. И, если честно, от этой мысли мне немного поплохело. Ведь здоровье этого мира зависело от меня, а я в травничестве и ле́карстве ничегошеньки не смыслила. Не могла же я всё время надеяться на беспамятство. А что, если кто-то явиться ко мне за серьёзной помощью, а я, вместо того чтобы оказать её, буду просить подождать? Мол, погодите, меня сейчас должно накрыть. Ух, мурашки по коже побежали. А ещё эта головная боль. Вот, опять она о себе напомнила.

— Настька, ты идёшь? — Боюн успел меня прилично обогнать и теперь обернулся, чтобы проверить, куда я делась.

Собственно, мы пока не успели далеко уйти — всего-то покинули границы наших владений.

— Боюн, нам не туда! — окликнула я его, потому что он двигался в сторону леса, а мы ведь уже определили, что пойдём в деревню.

Кот глянул на лес, вздохнул и потопал туда, куда мы и договорились. Что с моим товарищем по счастью-несчастью, я уточнять не стала. В конце концов, он сейчас боролся с собственными страхами, и я не собиралась ему мешать. По дороге он молчал, и я не приставала к нему с разговорами.