Книга Магические будни интровертки, страница 49 – Алла Касперович

Мне было по-прежнему страшно — всё-таки громила с длиннющими руками, болотного цвета кожей, лысой головой и лицом, лишь отдалённо напоминающим человеческое, был раза в три крупнее меня. Однако меня возмутили его претензии и обзывания. Не знаю, откуда храбрости взяла, но я отделилась от стены и сделала несколько шагов к здоровяку — признаюсь, коленки дрожали, — упёрла руки в бока и зашипела:

— Не брала я у тебя никакого сокровища! Не Ринка я! Не Аринка и не Арина! Меня Настя зовут, преемница я её! Тебя я вообще в первый раз вижу!

Тролль, видимо, не ожидая, что на него самого начнут нападать, пусть и словесно, замолк и даже притих.

— Правду говоришь? — вытаращив на меня и так от природы выпученные глаза, пробормотал тролль. — То-то дух в тебе Ринкин слабый. А я-то подумал, что заболела иль ещё чего, а оно вона как! Померла Ринка… — он всхлипнул. — Дурная баба была, да незлобная… Эх, Ринка, Ринка, на кого ж ты нас покинула-а-а-а…

Мне даже стало его немного жаль, но и слушать его громогласные завывания как-то не хотелось. Тем более что и виски начали немного ныть. Пока несильно, но кто его знает, не перерастёт ли это в полноценную головную боль. Что-то уж слишком часто у меня голова стала болеть. Знать бы ещё, какие травки попить.

— На кого ты нас покинула-а-а-а…

— Э… На меня покинула, — осторожно напомнила я. — Преемница я её, Настя.

— Точно, — хлюпнув носом, кивнул тролль. — Настя. А я Ту́пик.

— Что? — моргнула я.

— Ту́пик. Мамка меня так назвала. — Сказал он это с такой нежностью, что у меня язык не повернулся, чтобы спросить, почему его мама выбрала такое имя. В конце концов, какое моё дело?

— Тупик, давай я тебе помогу войти, и мы с тобой всё тихо-мирно обговорим, — предложила я.

— Давай! — отозвался он. Я же старалась не обращать внимания на гигантскую соплю, сорвавшуюся с его носа и приземлившуюся на полу.

— Не надо! — всполошился Боюн, вновь высунув мордочку.

Наш теперь уже званый гость уставился туда, откуда донёсся кошачий голос, и как заорёт:

— Говорящий кот! Батюшки-матушки! Тут кот разговаривает!

Опять двадцать пять. Я уже и забыла, что всё это фэнтезийно-фольклорное сборище до глубины души удивляет то, что обычный кот может говорить. При этом никого не смущает передвигающийся на собственных ножках и вполне себе говорящий мухомор. Двойные стандарты, чтоб их.

— Это Боюн, — со вздохом представила я его. — Мой помощник, друг и семья в одной кошачьей морде. И моя поддержка.

Я нарочно добавила последнее слово в надежде, что кот приободрится и без всяких зелий. Сработало. Собрав всю смелость, что у него была, Боюн окончательно выбрался из-под кресла, прыгнул ко мне, сел рядышком и обвил хвостом лапы и частично мои ноги. А лужа? А лужу мы потом вытрем.

— Й-я Боюн! — задрав мордочку повыше, сообщил он. — Всё как Настя сказала.

— Говорящий кот… — всё ещё лепетал тролль.

И даже когда мы вытащили здоровяка из дверного проёма, продолжал бормотать что-то о чудесах. Ну да, ну да. Мне-то казалось, что я тут самая нормальная, да и кот мой тоже. А вышло, что это мы с ним как раз и не от мира сего. Во всех смыслах.

— Тупик, что за сокровище такое? — уточнила я, когда мы наконец разобрались, кто есть кто.

— Бусинка.

— Бусинка? — спросили мы с котом одновременно.