Книга Дедов завет, страница 100 – Алла Касперович

Оладка перепеченная! А я как раз собирался его во всем обойти! Скучать я буду, вот что. Хотя если я так из-за Носатого расстроился, то как тогда себя Гэн чувствует? Он же до сих пор Корнелию любил. Да уж, вон даже ложку мимо рта несет, а ведь сегодня Тетушка Тама превзошла саму себя. Или это так кажется по сравнению со стряпней Вредной Эльзы?

— Ясно, — сказал я и откусил кусок пирога. Вкуснотища!

После еды мы разошлись по своим комнатам. Сначала я попытался почитать, но буквы словно убегали от меня, стоило мне на них глянуть. Потом я решил доделать домашнее задание, но и с этим не срослось. В конце концов я просто улегся на кровать и уставился в потолок. Против своей воли я начал думать о профессоре Сомалии.

Она так сильно переживала из-за умирающего старика, что не побоялась пробраться в Школу, где ее могли легко схватить. И если бы я тогда не промолчал, то она давно была бы под стражей. И я все еще не был уверен, что поступил правильно. А все эта Энна! Да кто она вообще такая? Ладно, не Энна виновата. Я ведь мог ее и не слушать, но когда я увидел профессора Сомалию возле Корнелиуса, я вспомнил своего деда. Как бы я хотел тоже быть рядом, когда он умирал. Я ведь даже не успел с ним попрощаться. И почему-то стоя тогда в дверях в комнату Корнелиуса, я ни разу не вспомнил, что моего деда убила Сомалия.

А ведь есть еще Корнелия и Носатый. Как она могла с ними так? Хотя мои родители тоже меня бросили… Но у них же обстоятельства были, правда? Они же не могли по-другому, так ведь?

— Ты чего нюни распустил, парниша? Так Корнелиуса жалко стало?

— Отстань, Руфус.

— Так он же старый совсем был!

— И что? Мой деда был его ровесник.

— Это да! — хмыкнул крыс. — Хочешь кое-что расскажу?

— Ну, давай… — Надо ж чем-то было заняться.

— Дед твой на самом деле здоровей всех был, парниша. На двоих бы хватило.

— Это я и сам знаю.

— Не перебивай старших! Так вот. Корнелиус же наоборот всегда хиленьким был. Болезнь его неизлечимая с самого детства точила. Я думал, что он и до сорока не доживет. Ан нет, дожил. Хочешь знать, почему?

Оладка перепеченная! И он еще спрашивает!

— Да говори уже!

— Виноватым твой дед себя чувствовал. Помнишь ту деваху-призрака? Вот из-за нее Корвиус и мучился. Поэтому и делился с ним своей силой и здоровьем.

— Это его Корнелиус заставил?

— Да ну! Он вообще не знал!

— Тогда ты откуда знаешь?

— А я рядом был, когда твой дед обряд проводил.

Кто бы сомневался.

— Знаешь, что самое интересное, парниша? Девка эта, Сомалия, деда твоего убила, чтоб Корнелиусу дорогу освободить, а он без подпитки от Корвиуса и года не продержался. Я не думал, что и столько протянет. Видишь, какой дед у тебя могучий был!

— Угу.

Я уткнулся лицом в подушку, чтобы Руфус не видел, как из моих глаз потекли слезы.

— Парниша? А… Ну, я потом загляну. Отдыхай.

На обед я не пошел — не хотелось. Заходили друзья, но я сказал, что устал и хочу спать. Гэн и Пар сразу ушли, а Трисса немного задержалась. Она села на кровати возле меня и погладила по голове. Я не повернулся, но она и не настаивала. Трисса гладила меня по волосам, и потихоньку мне становилось легче. Не знаю, мне так помогло то, что она была рядом или она немного колдовала, но я был очень рад, что она у меня есть. И кажется, сейчас я почувствовал сильнее, чем когда-либо прежде.