Книга Пока не погаснет последний фонарь. Том 4, страница 84 – Вероника Шэн, Ангелина Шэн

Что мне какие-то пара дней – все-таки в том городе я провела почти месяц. Который для этого мира прошел лишь чуть больше чем за сутки…

Я тряхнула головой. Откинув упавшие на лицо пряди, я включила холодную воду и умыла лицо, пытаясь взбодриться, собраться.

Но как же я устала… Сон, длившийся больше суток, не принес мне ни капли отдыха. Напротив, он истощил меня. И даже не физически. Я ощущала пустоту в душе.

А стоило вспомнить про Кадзуо…

Хотя нельзя сказать, что я забывала о нем. Просто в какие-то моменты становилось особенно горько, почти невыносимо. Например, когда он смотрел на меня и я не видела в его взгляде даже тени узнавания. Того узнавания, которое должно было быть. Даже слабого отблеска прежних чувств.

И слова Эмири о том, что все еще может быть впереди, не утешали.

Немного придя в себя, я вернулась в гостиную. Хираи все так же сидел в кресле, читая что-то с экрана телефона. Ивасаки расположился на диване, тоже с телефоном, Йоко – рядом с ним, а Эмири и Кадзуо заняли стулья.

Комната вязла в неуютной тишине и оттого казалась тесной и душной.

Я, помедлив, подошла к дивану, и Йоко, придвинувшись ближе к Ивасаки, уступила мне место с краю. От усталости после гонки в зазеркалье да и от волнения у меня пересохло во рту, к тому же я не знала, чем занять руки, а потому взяла с кофейного столика один из стаканов, которые кто-то успел принести. Сделав глоток, я поняла, что это холодный зеленый чай.

— Так что с вами произошло? – напомнила о вопросе Эмири.

— Как вы видели, отражения затянули нас в зеркало, так что мы оказались с обратной его стороны. Там нас преследовала вараи-онна, но мы, разгадав подсказки, сумели вернуться сюда с помощью лифта, – кратко рассказал Кадзуо. – Сейчас это уже не так важно.

— Все равно нам больше не о чем… – начала было возражать Эмири, но прервалась.

Потому что до нас донесся звонок в дверь.

Мы все молча переглянулись.

— Никто из нас же не рассказывал страшилку, которая начинается со звонка в дверь?.. – протянул Ивасаки.

— Из нас – нет. А вот что насчет соседей Хираи… – невозмутимо отозвалась Эмири.

Звонок повторился еще раз.

— Надо проверить. – Ивасаки встал с дивана, и вдруг дверь в гостиную открылась.

А на пороге показался Араи.

Я, вздрогнув от неожиданности, тут же встала.

Араи оглядел нас с заметным волнением, но, видимо поняв, что с нами все в порядке, слабо улыбнулся:

— Вы сказали, что будете здесь, но не открывали дверь, и я начал беспокоиться…

— Араи! – воскликнул Ивасаки и шагнул ему навстречу. На его лице смешались недоверие, облегчение… но ярче всего была радость.

Араи замер, удивленный его реакцией, а затем улыбнулся уже шире:

— Это точно ты? Если ёкай, то очень неубедительно играешь Ивасаки.

С лица Ивасаки в одно мгновение исчезла радость. Он закатил глаза, а после посмотрел на Араи с куда более привычной насмешкой.

— Кто бы еще говорил про убедительную игру… оммёдзи, – фыркнул он. – Наконец решил переодеться?

Я пока молча смотрела на Араи, не в силах произнести ни слова – по разным причинам. Сильнее всего ощущалась скорбь. Почти таким же ярким было чувство вины. А еще я была сбита с толку. И не только тем, как Араи внезапно объявился в квартире – в запертой квартире. Было совершенно непривычно видеть его в обычной одежде. А сейчас он пришел в строгом черном костюме.